Онлайн книга «Игра переходит в эндшпиль»
|
Я задумался на мгновение, оценивая ситуацию. У меня не было уважительной причины отказаться, и, честно говоря, у меня была причина согласиться, потому что Лотта, которая появилась здесь, у моего подъезда, в дорогом пальто и шляпке, через несколько часов после того, как здесь стреляли и убивали людей, заслуживала того, чтобы я присмотрелся к ней повнимательнее, и если она сама предлагала мне возможность побыть с ней наедине, то глупо было бы упускать такой шанс, даже если внутри меня уже зарождалось смутное подозрение, которое требовало проверки. — Почему бы и нет, — ответил я, стараясь, чтобы в голосе прозвучала легкая заинтересованность, подобающая молодому офицеру, которому красивая женщина предлагает провести время в её обществе. Глава 8 Глава 8 10 февраля 1942 года День — У меня как раз есть немного свободного времени, фройляйн, чтобы выпить чашечку хорошего кофе с красивой женщиной! — галантно добавил я, добродушно улыбаясь. Лотта улыбнулась в ответ, и улыбка её была именно такой, какой должна быть — благодарной, чуть кокетливой, с лёгким оттенком облегчения, словно она боялась, что я откажусь, и теперь, когда я согласился, она могла позволить себе расслабиться и наслаждаться моментом. Однако я заметил, что глаза её при этом оставались внимательными, цепкими, и они следили за каждым моим движением, за каждым жестом, за каждым словом, которое я произносил. — Я знаю одно хорошее место, Вернер, — сказала она, и голос её звучал тепло, почти интимно, как у человека, который делится секретом с тем, кому доверяет. — Недалеко отсюда, на Кайзерштрассе, есть маленькое кафе, где подают настоящий кофе, не тот эрзац, которым поят во всех остальных заведениях, и где можно спокойно поговорить, потому что туда почти не ходят военные, и хозяин — старый фольксдойче из Риги, который знает меня и не задаёт лишних вопросов. Я кивнул, подал ей руку, она с благодарностью оперлась на неё, и мы неторопливо пошли по улице. Я смотрел на неё краем глаза, отмечая, как она двигается, как дышит, как смотрит по сторонам — не так, как смотрит обычная женщина, которая просто идёт по городу, а так, как смотрит человек, который привык замечать детали, который знает, что в любой момент из любой подворотни может появиться опасность. Эта манера была мне знакома, потому что я сам двигался так же, и это совпадение насторожило меня больше, чем все её вопросы, которые она ещё не задала, но, как я чувствовал, собиралась задать. Кафе, которое выбрала Лотта, оказалось совсем крохотным, почти незаметным, с одной витриной, за которой виднелись несколько столиков, накрытых белыми скатертями, и тусклым светом керосиновой лампы, висящей под потолком. Внутри было тепло, пахло выпечкой и ванилью, и хозяин, седой старик с добрыми глазами, который стоял за стойкой, приветственно кивнул Лотте, когда мы вошли, и она ответила ему тем же жестом, как старому знакомому, и это подтверждало её слова о том, что она часто бывает здесь. Мы сели за столик в углу, откуда был виден вход и окно, выходящее на улицу. Я заметил, что Лотта выбрала место спиной к стене, лицом к двери — точно так же, как сидел бы профессионал, который не хочет быть застигнутым врасплох. И это наблюдение, наряду с другими, начало складываться в картину, которая пока была неполной, но уже приобретала очертания. |