Книга Последний гамбит, страница 71 – Дженнифер Линн Барнс

Мы с Джеймсоном жили ради этих двух слов. Что, если? Теперь я почувствовала их.

— Ты думаешь, между ними есть связь, – сказала я, – между игрой, которую оставил мне твой дед, и всем остальным?

Похищение Тоби. Старик с пристрастием к загадкам. Кто-то подбирается ко мне со всех сторон.

Мой вопрос заставил Джеймсона замолчать, и его взгляд метнулся ко мне.

— Думаю, что эту игру принесли тебе, потому что Иви появилась здесь. А единственная причина, по которой она пришла сюда, была в том, что возникли проблемы. Нет проблем – нет и Иви. Если бы на Тоби не напали, она бы не пришла сюда. Мой дед всегда все просчитывал на семь шагов вперед. Он видел десятки вариантов того, как все могло обернуться, планировал каждый исход событий, разрабатывал стратегию для каждого возможного варианта будущего.

Иногда мальчики говорили о старике так, словно он не был обычным смертным. Но ведь были пределы тому, что человек мог предвидеть, пределы стратегического мышления даже самого блестящего ума.

Джеймсон взял меня за подбородок и мягко отвел мою голову назад, повернул ее к себе.

— Подумай об этом, Наследница. Что, если информация, которая нужна нам, чтобы выяснить, кто похитил Тоби, отыщется в этой игре?

Мое горло сжалось, я всем телом почувствовала резкий прилив надежды.

— Ты правда думаешь, что такое возможно? – спросила я срывающимся голосом.

Глаза Джеймсона потемнели.

— Может быть, и нет. Может быть, я притягиваю за уши. Может быть, я просто вижу то, что хочу увидеть, вижу его таким, каким хочу его видеть.

Я подумала о досье, об исчезновении Джеймсона в Доме после их чтения.

— Я здесь, – мягко сказала я. – Я рядом с тобой, Джеймсон Хоторн. – Перестань убегать.

Он вздрогнул.

— Скажи Таити, Наследница.

Я положила ладонь ему на шею:

— Таити.

— Хочешь узнать, что в этом всем самое ужасное? Самое ужасное – это не просто знать, что мой дедушка сделал бы сейчас – и сделал в прошлом, – чтобы победить. Самое ужасное – это знать нутром и костями, каждой клеточкой своего существа почему. Знать, что ради победы я бы сделал все то же, что и он.

Джеймсон Винчестер Хоторн вечно чего-нибудь жаждет. Это сказала мне Скай в первые недели моего пребывания в Доме Хоторнов. Грэйсон был послушным, Ксандр – гением, но Джеймсон стал любимчиком старика, потому что Тобиас Хоторн тоже всегда чего-то жаждал.

Мне было больно видеть их сходство.

— Не говори так, Джеймсон.

— Для него все это было просто стратегией, – сказал Джеймсон. – Он видел связи, которые не замечали другие люди. Все остальные играли в шахматы в двух измерениях, но Тобиас Хоторн видел третье – и когда он распознавал выигрышный ход, он совершал его.

Не было ничего более хоторнского, чем победа.

— Только потому, что ты мог сделать это, – жестко сказала я Джеймсону, – не значит, что ты бы это сделал.

— До твоего появления, Наследница? Я бы точно это сделал… – напряженным голосом он опроверг мои слова. – Я даже не могу ненавидеть его сейчас. Он часть меня. Он во мне. – Пальцы Джеймсона слегка коснулись моих волос, затем зарылись в них. – Но главное – я не могу ненавидеть его, Эйвери Кайли Грэмбс, потому что он привел ко мне тебя.

Ему нужно было, чтобы я поцеловала его, и мне это тоже было нужно. Когда Джеймсон наконец отстранился – всего на один сантиметр, затем на два, – мои губы жаждали его. Он приблизился к моему уху.