Книга Распятая любовь, страница 113 – Анна Ковалева

В этом поцелуе не было нежности. Лишь голод, страсть и отчаянная потребность друг в друге. Мы пожирали, терзали друг друга, доводя до исступления.

— Хрен тебе, а не развод, — прошипел муж, оторвавшись от меня и с трудом переводя дыхание. — Ты теперь от меня не отделаешься.

— А я и не хочу никуда, — облизнула истерзанные губы, которые в паре мест начали кровить. — И развода не хочу…

— Значит, сейчас будем мириться, — с какой-то безуминкой в глазах заявил муж, стягивая с себя домашнюю футболку.

Залипла, глядя на широкий разворот плеч и крепкий торс, которому до дряблости было очень и очень далеко.

— Миш, ну не здесь же, — пораженно выдала я, почувствовав, как трещит молния платья. Кажется, кое-кто буйный вырвал ее с корнем.

— До спальни не дойдем, — прорычал он, разворачивая меня лицом к стене и заставляя расставить ноги пошире. — Пи… ц как соскучился по тебе, родная.

— А зачем тогда…

— Тшш, — Миша прикусил мое ушко, а в следующий миг заставил застонать, заполнив меня собой.

Я тоже соскучилась. Безумно. Настолько, что вспыхнула от одного касания. Даже прелюдии не понадобилось, я и так вся была готова.

Это была какая-то бешеная, сумасшедшая скачка, которая закончилась неистовой разрядкой. Не знаю как я не свалилась в процессе. Наверное, потому что Миша придерживал, не давая упасть.

— Боже, — простонала, обессиленно сползая в мужские объятия.

— Вот теперь можно и до спальни дойти, — улыбнулся он, поднимая меня на руки. Я же тихонько всхлипнула, чувствуя прежнее тепло и ласку в голосе мужа.

Поговорить мы вечером так и не успели. После второго захода мы все-таки выползли поужинать, а потом Миша снова затащил меня в кровать, притянул мою тушку к себе под бок и уснул. Я же еще долго лежала, проматывая в голове события вечера и слушая мерное дыхание любимого мужчины.

Наверное, это был нервный отходняк, но очень боялась закрыть глаза, спугнуть сладкое перемирие, созданное с таким трудом. Было откровенно страшно встречать утро. Казалось, что со светом нового дня вернутся обиды и все начнется по новой. Потому и тянула до последнего, пока уставший и от физического, и от морального напряжения организм полностью не отрубился.

* * *

Утро началось для меня с запаха какао, приятно щекочущего ноздри. Приоткрыв один глаз, с любопытством наблюдала за тем, как Миша аккуратно ставит поднос на тумбочку.

— Доброе утро, — осторожно сказала, садясь в кровати и всматриваясь в его лицо.

— И тебе, родная, — чмокнул в нос, заставив меня судорожно вздохнуть. — Лана, что не так?

— Мы вчера так и не поговорили, — призналась я. — И теперь мне как-то неспокойно.

— Ладно. Давай поговорим сейчас. Только поешь сначала.

— А ты?

— Я уже поел, пока ты спала. Тебя было не добудиться.

— Сам виноват, ушатал меня. — фыркнула. На воспоминания о вчерашних развлечениях тело отозвалось легкой дрожью возбуждения и пульсацией в интимном месте.

— Буду считать это комплиментом. — ласково поцеловал меня в лоб. — А ты одевайся и ешь давай. Я отойду пока, мне нужно позвонить кое-куда.

* * *

— Скажи, — нервно сцепила руки в замок и посмотрела на мужа, который устроился рядом, опершись спиной на подушки. — Почему ты не появлялся дома?

— Сказал же. Мне нужно было отойти, остыть, подумать. Чтобы не злиться и не усугублять ситуацию.