Книга Измена. Цена твоей лжи, страница 112 – Анна Ковалева

Полянский не перебивал, слушал молча. Временами хмурил брови, а то вдруг начинал поглаживать подбородок.

— Что ж, спасибо тебе, что защитил мою девочку, — сказал он в конце. — Это дорогого стоит.

— За это не нужно благодарить. Любой нормальный мужчина будет защищать любимую женщину.

— Любишь Ритку, значит? — многозначительно хмыкнул. — До сих пор?

— Да. И буду любить всегда. Ждал ее все эти годы, и буду ждать сколько потребуется. Больше я ее не оставлю.

— А Лизку примешь? Она ведь тебе не дочь. Тоже полюбишь? А когда свои дети появятся, что делать будешь? — хитро посмотрел.

Хм… Очень это было похоже на собеседование. Похоже, проверял Полянский — подхожу ли я на роль зятя.

А мне скрывать нечего. Отвечал все как есть. Начистоту говорил.

— Лизу я уже принял и с удовольствием ее удочерю. Она для меня будет такой же родной, как и все последующие наши с Ритой дети.

— Ага, значит, так серьезно настроен?

— Более чем. Можете даже на детекторе лжи проверить, если мои слова совсем ничего не стоят.

— Ладно, — хлопнул меня по плечу. А в таких же как у дочери серых глазах мелькнули одобрение и мужское уважение. А это стоило очень дорого. — Дерзай, парень. Жизнь у нас одна, так будьте счастливы. А то и ты маешься, и Ритка все покоя себе не найдет. А ведь четвертый десяток уже разменяла. Да и внучке живой отец нужен.

— Спасибо, — благословение от отца любимой было как бальзам на душу. Теперь я уж точно обязан горы свернуть, но сделать Риту своей.

— Повозиться с дочкой придется, она не сдастся так быстро. Учти это.

— А то я не знаю.

— Помогать не буду, даже не надейся. Сам справляйся. Влиять и давить на Риту не собираюсь. Она сама должна решать — нужен ты ей, или нет. И учти, попробуешь только новую Сабину завести, или как-то по-другому обидеть Риту — яйца отстрелю. Даже разбираться не буду.

— Будете в своем праве, — улыбнулся я, первым протягивая руку. Полянский снова хмыкнул и ответил крепким военным рукопожатием.

Чуть позже у меня состоялся разговор и с матерью Риты. Видимо, полковник просветил ее на тему того, что случилось десять лет назад. Потому что она перестала смотреть на меня волком и тоже дала понять, что желает нам счастья.

При условии, конечно, что я не буду обижать ее дочь. В чем я был готов клясться и божиться.

Вот так незаметно я обзавелся дополнительными союзниками в тылу. Осталось только саму Риту убедить в своей любви и преданности.

А для этого нужно было запастись выдержкой и терпением.

* * *

Рита пришла в себя ближе к вечеру, и только тогда я смог выдохнуть. Она еще была слаба, но по крайней мере все было не так плохо как могло быть.

Еще три дня она пробыла в больнице под наблюдением, а потом ее наконец выписали. К неописуемой радости Лизы, да и всех нас, в общем-то.

Пока Рита восстанавливалась, с ней рядом были родители. А я приезжал каждый вечер. Когда был в Москве перетер с Русом и заявил, что осяду в Питере и буду развивать филиалы. Открытие нового салона и мастерской намечалось как раз в сентябре.

Рус все понял с первого взгляда. Даже спрашивать ничего не стал. Лишь пожелал поскорее вернуть Риту и сыграть свадьбу. Они с Ириной, кстати, запланировали свое торжество на май будущего года.

Что же до того урода, что напал на Риту, то им оказался Валентин Петрищев, брат той самой Натальи. У нее совсем разладились отношения с мужем, и полоумная баба начала жаловаться брательнику на Риту. Якобы она разбивает ее семью.