Книга Бывшие. Жена для чемпиона, страница 73 – Анна Ковалева

* * *

Я не знаю, сколько это длится.

Наверное, несколько секунд. Вряд ли больше минуты. Какие-то вшивые секунды, а мне бы хотелось стоять вот так целую вечность.

Сжимать в объятиях любимую женщину, чувствовать ее тепло, дышать ею.

Не думать о прошлом, не переживать о будущем. Просто остаться в этом моменте навечно. Вдвоём.

Только я и Машка. Вместе навсегда.

А весь остальной мир пусть катится к черту. Нет ничего важнее нас двоих.

Только вот у Маши совсем другое мнение на этот счет. Она позволяет мне себя трогать только потому, что слишком растерялась от внезапной встречи.

Но эффект неожиданности проходит слишком быстро. Маша приходит в себя и делает шаг назад.

Избавляется от моих рук на теле. Безжалостно отнимает себя у меня. Слегка встряхивает головой, словно пытается избавиться от морока.

А я… А я по инерции тяну к ней руку. Чтобы схватить, прижать к своей груди. И больше никогда не выпускать из своих рук.

На полпути, правда, приходится тормозить инстинкты. Не хочется, чтобы Машка от меня сбежала. А вид у нее сейчас такой, будто она только об этом и мечтает.

Поэтому я быстро засовываю руку в карман брюк и немного отступаю, чтобы дать ей иллюзию личного пространства.

И это вроде бы срабатывает. Маша немного успокаивается.

Лишь глубокий вздох и нервный жест, которым она погладила шею, выдают ее состояние.

Невольно слежу за пальцами бывшей и представляю, как оттягиваю ее голову назад и прикасаюсь губами к тонкой шее…

Там, где нервно бьется голубая жилка.

У жены там очень эрогенное место, я успел хорошо изучить.

Машка всегда так сладко стонала, когда я там ее целовал. Буквально с ума сходила, извивалась змейкой и запускала ноготки мне в плечи…

Да блять! Стоило об этом вспомнить, как член в брюках тут же напрягся и болезненно дернулся, напомнив о своих нуждах.

Его, в принципе, можно понять. Три года на голодном пайке — это очень много. А уж когда любимая женщина рядом, то и подавно тяжело сдерживаться.

Хочется немедленно оказаться в ней.

Присвоить, пометить, снова сделать своей.

Только кто ж меня допустит-то до сладкого? Вон, Машка уже в руки себя взяла, эмоции подавила. Стены выстроила защитные вокруг себя.

Вся такая Снежная Королева с виду. Холодная и неприступная. Хотя я прекрасно знаю, какой вулкан страсти в ней горит на самом деле.

Но смогу ли я его разбудить после всего, что было — большой вопрос.

— Ты давно в Питере? — Маруська, наконец, прерывает затянувшееся молчание. Спрашивает осторожно, будто лавирует на тонком шесте над пропастью.

— Пару часов назад прилетел. Только в номер заселился. Буду жить тут, пока не подыщу подходящую квартиру.

— То есть ты насовсем возвращаешься?

— Скорее всего, да, — киваю. — Мне предложили работу в тренерском штабе СКА. В молодежке. Буду пробовать силы.

— Что ж, — Маша прокашливается и посылает мне ободряющую улыбку. — По-моему, это хорошее предложение. Надеюсь, у тебя все получится.

Дальше повисает долгая неловкая пауза, и в моем мозгу тут же мигает красный сигнал тревоги.

Я понимаю, что если ничего не предприму, то Машка просто уйдет. Она явно не в своей тарелке сейчас, и хочет побыстрее избавиться от моего общества.

Поэтому играю на опережение.

— Маш, слушай. Я голоден как волк. Собирался перекусить в ресторане. Составишь мне компанию?