Книга Накажи меня любовью, страница 137 – Анна Ковалева

Костя встает, ходит по комнате, выглядывает в окно. А я хочу, чтобы он прекратил свою исповедь и ушел. Не хочу я думать о том, что было бы в обратной ситуации. Смогла бы я простить? Не знаю. Может быть. Злилась бы, конечно. Может быть, даже долго. Но в итоге все равно бы не выдержала. При условии, конечно, что измена была бы случайная и одноразовая. Но к чему об этом сейчас?

— Натворили мы с тобой дел, Птичка, да? — старое ласковое прозвище бьет по нервам так, что я невольно дергаюсь. К счастью, он ничего не замечает. Подходит и вновь садится, смотря на мое тело, лежащее на кровати. — Ты изменять не хотела, я не хотел превращать тебя в овощ. Хорошая парочка… Которая, увы, пустила свое счастье под откос.

Костя наклоняется вперед, гладит волосы, слегка касается руки.

— К сожалению, того, что наворотили, уже не исправить. Мне жаль, что так вышло. Назад дороги нет, так что остается лишь идти дальше. Ты сильная, Птичка, и выкарабкаешься в любом случае. Даже без меня. Так что лети давай. Просто лети. Твои родители любят тебя и переживают. Не загоняй их в могилу раньше времени.

Встает, еще немного смотрит на меня, а потом разворачивается и идет к выходу. Я позволяю себе расслабиться, поворачиваю голову набок и начинаю беззвучно плакать.

— Прости меня. И прощай… — слышу напоследок.

После визита мужа я впадаю в неистовство. Хочется побыстрее впасть в свой привычный полукоматоз. Начинаю беситься, вырываю из вены иглу капельницы, начинаю биться о поручни кровати. Наконец добиваюсь своего и мне вкалывают очередную дозу успокоина, только на этот раз обездвижив конечности ремнями. Но мне уже на все глубоко фиолетово. Мне надоел этот поганый мир.

Походу, мне начали давать нечто более забористое, поскольку я теперь начала слышать голоса. Вернее, один голос, но очень настырный. Он зовет меня куда-то, но я отмахиваюсь. Что-то рассказывает, но я затыкаю уши и сажусь у самой кромки воды, ожидая когда этот голос смолкнет.

Но нет, он появляется из раза в раз, раздражая, действуя на нервы, разрушая мой уголок тишины и безопасности. Я стоически пытаюсь игнорировать раздражитель, но получается все хуже и хуже. А голос все не умолкает, даже становится громче. Такое ощущение, что он пытается ввинтиться прямо в мой мозг, чтобы пробиться сквозь тот заслон, которым я себя намертво окружила.

Да когда все это кончится? Пусть голос замолкнет!!! Неужели так трудно просто оставить меня в покое???

Видимо, трудно. Поскольку настойчивость зовущего не уменьшается, а у меня заканчиваются силы на сопротивление. Я перестаю закрывать уши, а просто хожу и слушаю, пытаюсь вникнуть.

Понять, что хочет донести до меня невидимый рассказчик, не получается, зато я успокаиваюсь. Меня больше ничего не раздражает. Наоборот, я жду появления голоса, цепляюсь за него будто за путеводную нить.

И постепенно эта нить становится прочнее, осязаемее. Я начинаю различать слова. И однажды осознаю, что голос напевает одну до странности знакомую песню. Что-то из времен далекой юности.

От края до края небо в огне сгорает И в нём исчезают все надежды и мечты

Зачарованная, я ухожу с пляжа и медленно иду по тропинке, вьющейся между мощными стволами берез, тополей и дубов. Пока иду, обрываю с кустов малину, утоляя внезапно пробудившееся чувство голода. Голос становится все отчетливее и в итоге выводит на небольшую лесную опушку, покрытую мягкой травой.