Книга Золотая тьма. Том 3, страница 68 – Игорь Осипов

Поможет ли?

Подействует ли?

А когда схема вспыхнула розовым, и от Астры вверх потекло блёклое лиловое пламя, отступил назад прямо так — стоя на коленях рядом с ней.

В этот момент она казалась манекеном, облитым горючей смесью. Разве что огонь был слабым, цветным и не давал жара. И вместо искр вверх взлетали ярко горящие цифры — те самые, что он торопливо, но старательно выписывал.

Иногда что-то хлопало, как попкорн на сковородке, и тогда прямо под кожей на мгновение вспыхивал алый огонёк.

Астра тоже стояла на четвереньках, опустив голову, и волосы рассыпались по земле, как вуаль. Простынь упала с тела, опять обнажив женское тело.

Вскоре пламя потухло, и светлячки циферок иссякли. Астра выдохнула и легла в круг, свернувшись калачиком.

— Всё. Теперь выпить вина и спать, — прошептала она, вяло моргая, зато взгляд стал осмысленным, как прежде.

Просто усталым.

И это значило, что всё закончилось благополучно. К тому же шамана подбил дрон-камикадзе. На такую жирную цель было не жалко потратить и последний, что был.

Генерал выдохнул, сел рядом с волшебницей на землю.

И только сейчас землянин позволил себе улыбнуться.

* * *

— Матушка! Матушка! — послышалось сквозь дверь, и вскоре в покои настоятельницы храма настойчиво постучали.

Матушка сидела на кровати с молитвенником в руках. Нет, не читала. Просто сидела, раскрыв на странице, где когда-то сама рисовала на полях похабные рисунки. Она тогда была молода и полна надежд.

Дерзка и наивна.

С тех пор она никогда не показывала книгу другим людям, вот и сейчас, когда постучали в дверь, захлопнула и убрала под подушку. Затем взяла чётки, поправила рясу и громко проговорила:

— Входи!

Дверь распахнулась, и в неё влетела послушница, на руке которой была толстая кожаная перчатка, а на перчатке — почтовый соколок в шапочке и на шнурке.

— Матушка! — радостно закричала девушка. — Наконец-то! Письмо из Коруны!

И протянула маленький свиток из тончайшей, почти прозрачной бумаги.

Сокол на руке взволнованно раскрыл клюв и слепо завертел головой.

Настоятельница схватила письмо и принялась жадно читать. Но главным было то, что письмо вообще дошло — в первый раз с тех пор, как псоглавый божок вторгся в земли Керенборга.

В письме же волновались, что нет известий.

Настоятельница прикусила губу, вспомнив визит бога войны этих зверолюдей. Искорёженное тело храмовницы, словно намёк, что будет с ней самой, если вмешается.

А потом она выдохнула, схватила писчие принадлежности и написала на лоскутке бумаги:

— Демоноборцев. Срочно!

Затем поставила личную печать и протянула соколятнице:

— Отправляй в Орден. Живо.

— Падаль! — кричал Крираан. Он в ярости взмахнул тяжёлым клинком, перерубая дерево толщиной с человека. Дерево соскользнуло со среза, уткнулось в землю, а потом принялось заваливаться набок с жалобным треском веток и предсмертным шелестом листвы.

— Выродки! — срубил второе дерево псоглавый божок, он уже привык к тому, что смертное тело иногда уставало, иногда болело, но оно было временным, и потому не вызывало беспокойства.

Сейчас же Крираана трясло, а сердце от каждого удара кололо, как будто пронзённое наконечником стрелы.

Громадный зверолюд коснулся рукой морды, а когда глянул на пальцы, увидел кровь. Её было немного, но она возникла не от боевых ран, и это не чужая кровь.