Книга Золотая тьма. Том 2, страница 58 – Игорь Осипов

— Ваша милость? — повторила юная волшебница.

— Всё хорошо, — отозвался Пётр Алексеевич и поглядел на ждущих хоть какой-то команды солдат, которые так и находись на занятых позициях. Генерал дотронулся до прокушенной губы, посмотрел на кровь на кончиках пальцев. А затем громко и чётко проронил: — Сизов! Строй личный состав!

Буквально через двадцать секунд солдаты встали в две шеренги, и Пётр Алексеевич встал перед людьми. В свете ламп, бьющих из-за человеческих спин, солдаты выглядели не живыми существами, а как резкие тени. Разве что настоящие тени, в отличие от этих, не умели тяжело дышать. И не блестели глазами.

Но надо было действовать. Каждая минута на счету. И генерал заговорил:

— Товарищи солдаты, кто хочет, может прямо сейчас написать рапорт об отправке на Землю. У нас не война, и принудиловки нет. Но кто останется, на нечисть не роптать. Задача перед нами стоит серьёзная. Товарищ прапорщик обеспечит вас бумагой и авторучкой. Утром приедет бронетранспортёр. Он заберёт тех, кто откажется здесь остаться. Есть ещё вопросы?

Пётр Алексеевич обвёл взглядом строй.

Кто-то потупил взор, кто-то ухмылялся и глядел на лес. Но когда быстро державший до импровизированной канцелярии Сизов принёс пачку бумаги и несколько авторучек, никто не вышел. Никто не попросил. Никто не отказался быть здесь.

— Хорошо, — проговорил генерал. — Сизов, я прикажу провести ротацию. Больных заменят. А тебе приказываю внести изменения в инструкцию суточному наряду. Отныне дежурный по лагерю в обед отправляется в храм Керенборга и нагребает там два термоса святого пепла. За два часа до заката рассыпает линию. И надо внести инструкцию по технике безопасности по пребыванию на открытом воздухе ночью.

Ясно?

— Так точно! — отрапортовал Сизов.

— На сегодня день закончен. Я буду думать.

Глава 10 Один и тот же вопрос

Руины древней башни магов были едва заметны в лучах Лампады. Свет красной звезды был слишком тускл для того, чтоб пробиться через поросли берёз и клёнов. Но едва заметный ореол цвета густого пурпура позволял различить тёмные листья деревьев на небесном куполе. Был штиль, и листья лишь едва-едва шевелились от касания ветра, тёплого, как дыхание залёгшего под дверью пса. Его так и называли: ночной пёс.

На камнях этих руин и сидела Ламинара, словно громадная птица, взгромоздившаяся на насест.

Рядом была Хлоя и несколько больших крыс в плащах.

— Кто это был? — негромко спросила волшебница, сидя на траве и прислонившись спиной к тёплому дереву.

— Дальняя родня, — едва слышно прошептала демоница.

— Разве у богов и демонов есть родня? — проговорила Хлоя.

— Не такая, как у смертных, но есть. Мы выводок одного народа. Одно и то же племя квор нам поклонялось. Одно и то же принесла другим племенам вместе со своими победами и расселением. Кралока представляет собой великий ужас перед бесконечной топью, я же — воплощение почитания тумана.

Хлоя усмехнулась.

— Вы сестры: туман да болото.

— Сестры, — выдохнула Ламинара. — Но вижу, что разум покинул мою сестру. Что ужас перед топью окончательно превратил её в… — демоница замолчала, подбирая слова, а потом добавила: — В ужасающую мразь, которая думает только о пожирании всех, кто имеет хоть немного жизни. Она наверняка думала, что та волна силы — от самих пришлых.