Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 5, страница 13 – Миф Базаров

Я замолчал.

Через улицу, по глухой стене дома напротив, по пожарной лестнице поднимался человек.

Поднимался быстро и без остановок, с длинным чехлом за спиной. Забравшись на крышу, он лёг, устроился и расчехлил винтовку.

Ствол лёг на парапет и пошёл вниз и влево, туда, где арка и крыльцо полицейского участка.

Это Гуров.

— Магистр? — сказала трубка. — Вы слушаете?

В голове стало тесно, кто-то бесцеремонно вломился в неё.

«Игорь».

«Слышу».

«Поспеши».

«Что случилось?»

«Соколов забирает Саньку».

— Пономаренко слушает, — донеслось из трубки.

— Второй выход из здания есть?

Дежурный догнал меня уже на лестнице.

— Есть, дальний торец, — он пошёл рядом, подстраиваясь под мой быстрый шаг. — Сто метров вверх по Стрелецкой. Но ваши-то у центрального ждут?

— Знаю. Хочу подловить их.

Офицер прошёл со мной пролёт вниз, потом длинным коридором мимо канцелярии и у дальней двери кивнул тамошнему постовому. Тот отодвинул засов и посторонился.

От источника осталась шестая часть.

Четверть часа назад была треть. Канал съел остальное за четыре коротких реплики, и это при том, что нас с Машей разделяла улица и три этажа, метров пятьдесят от силы.

Цена канала растёт не от того, сколько сказано, а от того, сколько между вами. Вплотную он берёт пятую часть источника за десять минут разговора, и это ещё дёшево, ведь так можно стоять и болтать.

Я тронул канал, пробуя связаться с Машей.

Тишина.

Ничего другого и быть не могло: она опять надела амулет. Под ним человека не слышно, и, чтобы тебя услышали, его надо снимать. То что Маша сняла его посреди улицы, в двадцати шагах от главного менталиста ордена, и так было риском.

Чем она за это заплатит, я пока не знал.

Верхний слой поставил у самой двери.

Пустоту наверх не кладут: пустота сама по себе примета, ровный и гладкий человек виден за квартал. Наверх кладётся то, чем занята голова у служащего к концу смены. Номера, накладные, во сколько закончить, кто ждёт дома и нужно ли зайти по дороге за хлебом. Если кто-то держит сейчас Стрелецкую под сканом, с крыльца или с крыши, по улице пойдёт человек по своим делам и ничем не будет отличаться от прочих.

Плащ я снял, свернул и убрал под мышку.

День клонился к вечеру. У соседних ворот дворник гнал метлой пыль к сливу и косился в сторону управления, где стояли чёрные плащи.

Стрелецкая тут шириной шагов в сорок и уходит под уклон к повороту. Я перешёл её наискось, не спеша, и только на той стороне, идя вплотную к стене, развернул плащ и надел.

Дом напротив отделения четырёхэтажный, крыша плоская, парапет в полкирпича. Гурову пришлось лечь у самого края, чтобы держать под стволом крыльцо, арку и обе двери микроавтобуса, стоящего ближе к этой стороне. А чтобы просмотреть улицу под собственной стеной, ему нужно встать в полный рост и свеситься.

Место у соседнего дома, где четверть часа назад стояла в тени Маша, оказалось пустым.

По дороге я перебирал вопросы.

Почему Соколов ещё тут? Он мог взять мальчишку силой десять минут назад: шестеро против земляного мага и женщины, едва стоящей на ногах. Мог просто сесть и уехать на вокзал. Не взял и не уехал.

Зачем на крышу полез Гуров? Санька безоружен, Захар с ломом, Анна пустая. Снайпер тут может понадобиться только против одного человека, и этот человек сейчас идёт по Стрелецкой с плащом на плечах.