Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 5, страница 66 – Миф Базаров

Фамилию этого молодого человека Соколов, видимо, так и не удостоился узнать, а вот Филипенко знал. Его ладонь легла на папку и не шевельнулась. Второй раз за два дня он промолчал, и я промолчал вместе с ним.

— Магистр Воронов вмешался. Мешал грамотно, — Соколов чуть наклонил голову в мою сторону, ровно настолько, чтобы это сошло за поклон. — Я сказал ему: «Отпусти». Он ответил: «Отпустите вы». Тогда я спросил, понимает ли он, что делает. Ответа я не дождался, а помеха стала только сильнее.

Он окинул взглядом советников.

— Пока магистр мешал, на крыше напротив кто-то усыпил моего человека. Гуров, инквизитор ордена, при исполнении, на позиции. Кто это сделал, не установлено. Но в такие совпадения, господа, я в свои годы уже не верю.

Колтовский оторвал взгляд от сукна.

— Снайпер на крыше у полицейского участка. Против кого?

— Для порядка, — отрезал Соколов.

— Для порядка, — повторил Колтовский. — Вы мне, Аркадий Платонович, лучше другой порядок объясните. Я трое суток ехал в «Братск». С полпути меня развернули. Сегодня с поезда сразу сюда, разбирать, кто кому на улице помешал. Это по какому порядку?

— Глеб Евграфович, — спокойно сказал Филипенко.

Колтовский дёрнул щекой и начал внимательно рассматривать помещение, словно нашёл занятие поинтереснее. Соколов переждал и продолжил.

— Затем на группу был пущен фургон, на скорости. Трое моих людей взялись за водителя разом и не продавили: хорошая защита, — сказал он так, как хвалят чужую чистую работу. — Водитель ушёл через лавку и дворами. Кровь за ним шла не так, как у раненого, а с каждым шагом гуще и меньше. Раны он затягивал на ходу, значит, за рулём сидел маг жизни, и не из последних. Склонен думать, господа, что работал он с магистром Вороновым заодно.

— Водителя поймали? — спросил Филипенко.

— Ушёл. По горячим следам взять не удалось.

Про свой плащ, намотанный на колесо, Соколов не сказал ни слова. Я тоже.

Хорош, ничего не скажешь. Ни одного лишнего слова, ни одного неверного, и голос такой домашний, что хочется дослушать, налить ему чаю и согласиться. Послушать Соколова, так на Стрелецкой он только стоял, заложив руки за спину: парня не ломал, а читал, снайпера держал для порядка, а всё остальное с ним просто случилось. И ведь всё правда. На его месте я сказал бы то же самое и в том же порядке. Поймав себя на том, что киваю, я перестал.

— Понятно. Если дополнить нечем, переходим к свидетелям, — сказал Филипенко.

— Иван Иванович, с вашего позволения, хочу задать один вопрос Воронову при совете.

Филипенко кивнул.

— Где, голубчик, была твоя Черкасова? — Соколов повернулся ко мне, впервые за всё время, и тут же снова к столу. — За минуту до всех этих событий Мария стояла на улице, её видели все, а потом как сквозь землю провалилась, и сейчас её нет. Смею думать, господа, что без Черкасовой тут не обошлось. А за стажёра отвечает старший.

— Черкасова не стажёр, Аркадий Платонович, — вмешался Филипенко. — Практику она закрыла, приказ о зачислении в штат я подписывал ещё в августе.

— Стажёр или напарница — неважно, — сказал я. — Старший в паре я, и за всё, что она делала в тот день, отвечаю я. Все вопросы ко мне, а Черкасову сюда не вмешивайте.

— Спросим, — согласился Соколов и кивнул.

Специально вынудил. Мастер.