Книга Шайтан Иван 5, страница 20 – Эдуард Тен

— Да, ты прав, Мурат очень скучает по отцу и ему необходимо мужское внимание. Надеюсь он не мешает тебе?

— Нет, он вырастет настоящим мужчиной и воином. У него хорошие задатки.

Было видно как Мелис приятно слышать подобное о сыне.

— Хайбула очень переживает, что он растёт слишком добрым и мягким. Он не может уделять сыну должного внимания и он растёт среди женщин.

— Думаю, он зря переживает. Если его воспитывает такая мать как ты, можно не сомневаться, что он вырастет умным и сообразительным. Ум всегда ценился выше грубой силы.

Мелис оценила мой комплимент улыбкой и лёгким поклоном.

Я поднялся и с поклоном попрощался.

— Спокойной ночи, Мелис, тебе надо отдохнуть. Скоро прибудем ко мне, там будет спокойней. Когда мы одни обращайся ко мне по-свойски, без затей.

Следующее, раннее утро, после завтрака мы тронулись в путь. Ехали не спеша. Ближе к обеду из передового дозора прискакал посыльный.

— Наши, командир, сотня Лермонта. Встали, нас ждут.

— Замечательно, с сотней как-то спокойней — с облегчением подумал я.

Мишу Лермонтова бойцы называли Лермонт. Он особо не возражал. Сказал, что изначально его фамилия так звучала. Мою шутку, что может его изначальная фамилия «Лермонтович» он не понял.

— Нет, командир, я точно знаю Лермонт.

На сколько я помнил фамилия действительно имеет шотландские корни.

Мы не спеша подъехали к сотне. Караван остановился, погонщики стали осматривать и поправлять крепления. Сотня прошла не больше версты от места стоянки.

— Здравия, командир. Сотня после проведения учебных маневров возвращается на базу. Задания все выполнили, потерь, больных нет. Как погляжу и вы с трофеями.

Миша быстро оценил увеличившийся караван. Лошадей с узлами трофейного оружия. Я стоял рядом с Мелис и Лейлы сидящих на лошадях и Анвара с Муратом посаженным на спокойного мерина. И тут произошло самое неприятное событие, Миша вдруг завис самым натуральным образом. Проследив за его взглядом, который прилип к глазам Лейлы, я хмыкнул. Не помогло.

— Сотник! Миша!

— А., слушаю, командир. — смутился он, покраснев. Я с осуждением посмотрел на Лейлу, в её смеющиеся глаза. Мелис что-то сказала на турецком, судя по тону отругала дочь. Я хотел сказать Мише чтобы он отправлялся в голову колонны, как услышал напряжённый голос Эркена.

— Командир, разведка скачет, что-то не так. В дали были видны трое всадников быстро приближающиеся к нам. Это была разведка, оставленная на всякий случай у начала подъёма на перевал. Через десять минут они подскакали на взмыленных лошадях.

— Горцы, командир, чуть более шести десятков — прокричал разведчик. Лошадь под ним ходила ходуном перебирая ногами.

— Паша, всех сотников ко мне.

Паша скакал к колонне крича.

— Всех сотников к командиру, срочно.

Испуганные женщины смотрели на меня. Подбежали Ерёма, Фрол и Филимон.

— На нас идут шесть десятков конных горцев ваше решение, быстро.

Фрол первый отреагировал. — Построение в две шеренги встречаем огнём.

— Филимон?

— То же построение.

— Нет, головой думаем.

— Линейное построение в две шеренги, ждём лежа, на линии действенного огня встаем и залп.

— Молодец Миша, но не до конца. Слушай мою команду. Полусотни по бокам под таким углом, — показываю рукой. — Ожидаем лёжа в линейном построении. Перекрёстный огонь. Прорвавшихся я встречаю с разведкой в конце каравана, демонстративно построившись в линию. Женщин в фургон, выполнять. Миша командуй, быстрее.