Книга Шайтан Иван 8. В тени двуглавого орла, страница 13 – Эдуард Тен

— Как ваше имя и отчество, ротмистр?

— Зиновий Васильевич.

— Очень приятно. Ко мне можете обращаться Жан Иванович. Так вот, Зиновий Васильевич, — Куликов обвёл ладонью стопку дел, — должен признать, отменная работа. Всё логично, выводы обоснованы, сбор доказательств проведён на высоком уровне. Позвольте поинтересоваться, у вас военное образование?

— Нет, Жан Иванович. Я оканчивал университет в Петербурге, юридический факультет. Некоторое время работал помощником у присяжного поверенного, но понял, что защита чужих интересов — не моё призвание. Предпочёл практическое право и поступил на службу в корпус жандармов.

— Что ж, выбор более чем достойный, — одобрительно кивнул Куликов. — А теперь уточните мне вот какой момент…

Он вновь раскрыл одну из папок и уверенным жестом указал на конкретный абзац. Беседа затянулась; они провели за разбором дел больше двух часов, и за это время Жан Иванович успел обсудить с ротмистром практически все текущие расследования.

— А не пора ли нам подкрепиться, Зиновий Васильевич? Мы ведь благополучно пропустили обеденное время. — Согласен. Позвольте пригласить вас, Жан Иванович. Здесь, неподалёку, есть ресторация с прекрасной кухней.

Обедали в ресторане Гринёва. Меню и впрямь оказалось роскошным: на стол последовательно подали борщ, копчёную осетрину, рябчиков под соусом, нежное рагу из баранины и телятину. В завершение — крем-брюле и бутылочка лёгкого вина.

Расслабленный обильной трапезой, Куликов откинулся на спинку стула. — Скажите, Зиновий Васильевич, случаются ли в вашей работе препятствия… или, быть может, запреты со стороны начальства?

Вопрос прозвучал как невинная беседа, но для Губина он был откровенной провокацией. Куликов внимательно, почти не мигая, следил за реакцией собеседника. — Вопрос, позволю себе заметить, не совсем корректен, Жан Иванович. Если вы спрашиваете из праздного любопытства — ответ один, если в интересах службы — совершенно другой, — лицо Губина оставалось непроницаемой маской.

— Молодцом, Зиновий Васильевич, — одобрительно кивнул Куликов. — Разумеется, в интересах службы. А потому будьте откровенны. Начальство пребывает в решительном настрое положить конец всем подобным безобразиям. Вам, вероятно, известно о полном аудите тыловых служб Кавказского округа? И о том, какое наказание понесли фигуранты?

— Так точно, Жан Иванович. Известно не в полном объёме, но достаточно, чтобы сделать определённые выводы.

— Будьте уверены, это не разовая акция. Понятное дело, коррупцию и взяточничество не искоренить полностью, но бороться с этой заразой необходимо. Ибо она, подобно чуме, подтачивает самые устои государства.

По лицу Губина скользнула горькая усмешка. — Что ж, коли быть откровенным… Есть в нашем городе и губернии лица, что пользуются особым покровительством. Прежде всего, это касается богатых хлебных купцов. Мною выявлены вопиющие махинации при поставках зерна для армии. Зерно некачественное, подчас испорченное, цены завышены вдвое. Прямой причастности губернатора я не установил, но некоторые чины из его администрации и военного ведомства замешаны в этом по горло. Все мои попытки обратить на это внимание начальства остались без ответа.

— То есть их проигнорировали? Или вам прямо указали не совать нос в чужие дела? — подвёл черту Куликов. — Мне знакомо подобное. Поверьте, я прошёл все круги ада, расследуя дела о хлебных поставках. Увы, мало что меняется, — он тяжело вздохнул. — Продолжайте свою работу, но будьте бдительны и предельно осторожны. Это, я полагаю, братья Струкины и купец Локтев?