Книга Шайтан Иван 9, страница 68 – Эдуард Тен

Никто, разумеется, не понял этой аббревиатуры. Её мусолили на все лады, строя самые невероятные догадки.

— Командир, тут какой-то вонючка тебя спрашивает. Впустить? — доложил Паша.
— Сильно воняет?
— Да не очень.
В кабинет вошёл молодой человек, француз, с явной семитской внешностью.
— Месье Смирноф?
— Допустим.
— Мишель Моран, личный секретарь барона Ротшильда. Месье, барон просит вас о личной встрече.
— Я не имею чести знать какого-либо Ротшильда и не вижу повода для встречи, — сделал я деланно надменное лицо.
— Вероятно, месье недавно в Париже, — вежливо, но с лёгким снисхождением улыбнулся Моран. — Барон Ротшильд — человек весьма влиятельный. Его приглашения… редкая честь. Однако, предвидя ваш скепсис, он просил передать, что его вам рекомендовала добрая знакомая — княгиня Ливен. И что разговор касается одной редкой вещи, которая чрезвычайно заинтересовала барона. Он очень надеется, что вы сможете её взять с собой.
— Вот как? — я изобразил напряжённое раздумье. — Что ж, если дело обстоит таким образом… Хорошо, я готов поехать. Но со мной будет мой слуга.
— Как вам будет угодно, месье.

Мы с Саввой разместились в роскошной карете, украшенной гербом и баронской короной. Особняк Ротшильда оказался не слишком большим, но исполненным сдержанной, безупречной роскошью. Чугунные ворота изящного литья, ухоженный парк, дорожки, усыпанные розоватой мраморной крошкой.

Роскошь внутренней отделки, картины и скульптуры поражали воображение. Меня провели в кабинет барона. Он поднялся из-за стола навстречу.

— Здравствуйте, месье Смирнов. Вы, должно быть, удивлены моим столь внезапным приглашением. О! — его взгляд упал на свёрток у меня в руках. — Я вижу, вы принесли что-то с собой. Неужели кукла?

Глаза барона вспыхнули живым блеском, а в его осанке угадывалось лёгкое, едва сдерживаемое нетерпение. Я молча извлёк из бархатного мешочка футляр, открыл его и, бережно взяв куклу, поставил её на стол.

Барон замер, а затем тихо, почти благоговейно выдохнул, его взгляд прилип к изящной фигурке.

— Она восхитительна… — прошептал он.

Я вновь наблюдал этот знакомый, почти магический эффект, который мои творения производили на людей. Особенно на тех, кто был отмечен обострённым чувством прекрасного и одержим пагубной страстью к коллекционированию.

С видимым усилием оторвавшись от созерцания, Ротшильд наконец повернулся ко мне.
— Господин Смирнов, княгиня сообщила мне, что вы — владелец целой коллекции. Я готов выкупить её. Всю, без исключения.

Я сделал небольшую, рассчитанную паузу, позволив на лице застыть смеси настороженности и сожаления.
— Не так быстро, господин барон. Признаться, я не готов расстаться со всем собранием. Средства от продажи куклы её сиятельству и так обеспечат мне долгую и комфортную жизнь.

В глазах барона мелькнула тень разочарования, но тут же сменилась холодной, деловой уверенностью. Он мягко откинулся в кресле и пристально посмотрел мне в глаза.
— Простите мою бесцеремонность, господин Смирнов, но мне известно о ваших… несколько стеснённых обстоятельствах. А также о некоторых неразрешённых делах в Париже. — Он сделал многозначительную паузу. — Я мог бы оказать содействие в их улаживании. Разумеется, в обмен на взаимную любезность.

— Интересно, о каких именно моих «проблемах» вещает этот финансовый воротила? — пронеслось у меня в голове. — И что он вообще успел узнать?