Книга Шайтан Иван 9, страница 75 – Эдуард Тен

— Никто не уйдет от наказания. Ни тот, кто совершил преступление, ни те, кто ему потворствовал, — негромко, словно цитируя указ, проговорил император. — Теория нашего графа в действии. И, прошу заметить, весьма эффективна.

— Совершенно верно, ваше величество. В связи с чем позволю себе настаивать: совет графа насчёт новой службы стоит принять. Не торопиться с оглаской. Отложить официальное высочайшее утверждение, скажем, на год. Дать структуре время сформировать костяк и начать работать. Возможность действовать без лишних, праздных глаз. К тому же, — Бенкендорф слегка наклонился вперёд, — сама аббревиатура «СИБ», если она станет известна, может дать французам лишний повод связать нас с делом Вайсера.

Император поднялся из-за стола и медленно прошелся к окну, за которым моросящий дождь заволакивала Дворцовую площадь.
— Пусть будет так, — сказал он, глядя в серую пелену. — Формальности сейчас не важны. Важен результат. Если эта служба будет работать хотя бы с половиной той эффективности, которую нам живописал граф, мы лишь порадуемся своему решению.

— Подобные инструменты, ваше величество, требуют времени и терпения. Как тонкое виноградное вино, они не создаются в один день.

— Я всё понимаю, Александр Христофорович, — император обернулся к нему. В его взгляде была не только привычная твердость, но и тень усталости. — Потому и не подгоняю. Но смотрите… — Голос государя стал тише, но от этого только весомее. — Проследите, чтобы этот проект не превратился в ещё одно болото, где бесследно исчезают государственные деньги и время.

Бенкендорф встал, выпрямившись во весь рост. Его ответ прозвучал тихо, но с железной непреклонностью:
— Можете в этом не сомневаться, ваше величество. Я лично не допущу, чтобы это случилось.

Император удовлетворённо кивнул, отпуская Бенкендорфа.

Цесаревич Александр нервно мерил шагами гостиную. Из спальни доносились приглушённые звуки, напоминавшие ему, что уже второй час у Марии продолжались схватки. Каждая минута тянулась невыносимо долго. Крик Марии заставил его содрогнуться.

Спустя час, дверь тихо отворилась. На пороге появилась улыбающаяся Екатерина и, сделав реверанс, торжественно произнесла:
— Поздравляю ваше императорское высочество! У вас родился сын.

— Слава Богу! — вырвалось у Александра, и он облегчённо выдохнул, будто сбросил с плеч тяжёлую ношу. — Как они? Мария? Малыш?
— Мария Александровна и новорождённый чувствуют себя хорошо. Она утомлена, но чувствует себя неплохо.
— Я могу увидеть их? — нетерпеливо спросил цесаревич.

Они осторожно вошли в опочивальню, где царил сладковатый запах лекарственных трав и воска. На кровати, бледная и утомлённая, лежала Мария. Увидев мужа, она слабо улыбнулась. Акушерка бережно поднесла к отцу свёрток в кружевном одеяльце. Александр с замиранием сердца принял своего первенца. Он заглянул в маленькое личико, осторожно дотронулся до крошечной руки — живого, тёплого, своего продолжения.

— Довольно, ваше высочество, — тихо, но настойчиво вмешался Генгольц. — Вы убедились, что с наследником всё в порядке. Теперь необходимо дать покой матери и младенцу.

Счастливый и уставший, будто после долгого сражения, Александр кивнул. Он ещё раз взглянул на жену и сына, вышел из спальни и, не теряя времени, приказал подавать карету. Ему нужно было в Зимний дворец — поделиться этой великой радостью с отцом, императором.