Книга Шайтан Иван 10, страница 115 – Эдуард Тен

— Вот как, — промелькнуло у меня в голове. — Близкая связь с дипломатом первого ранга…

— Герман Иванович, её мать, кажется, чистокровная англичанка?

— Так точно, Пётр Алексеевич, — подтвердил Гессен. Он наклонился вперёд. — Буду откровенен, как вы и просили. Я знаю, какое влияние князь Юсупов имеет при дворе. Мне не хотелось бы своим прямым действием стать причиной громкого скандала для его дочери. Генерал Бенкендорф часто ставит вас в пример и подчёркивает ваше умение находить нестандартные решения в щекотливых ситуациях. Потому я и позволил себе обратиться к вам за советом.

— Ситуация действительно неоднозначная, — согласился я, ловя в сознании обрывающуюся мысль. Что-то вертелось в голове, ещё не оформившееся, но сулящее интересный ход. — Герман Иванович, на ваш взгляд: насколько серьёзно княгиня погружена в революционное настроение? И что, по-вашему, лежит в основе её связи с Эмерстоном, помимо, понятного дела, плотских утех?

Гессен на миг задумался.

— Думаю, в случае с вольнодумством — это больше позёрство, дань европейской моде, игра для своей богемной публики. А вот отношения с Эмерстоном… Тут сложно сказать наверняка. Моё впечатление — скорее всего, княгиня просто использует англичанина. Он, как и многие до него, стал очередной жертвой её чар. Умна, красива и, что самое привлекательное для искателей приключений, — очень богата. — Полковник усмехнулся, но в его глазах не было и тени веселья.

Чёткого решения у меня пока не было, и я изобразил на лице выражение глубокой задумчивости.

— Герман Иванович, могу я попросить вас пока не докладывать Александру Христофоровичу о деле княгини? Мне необходимо кое-что прояснить. А вас я попрошу собрать дополнительные сведения. Не общие оценки, а конкретику: кто, когда и какие именно противоправные слова произносил в её салоне. Дословно, по возможности.

— Как прикажете. Выполню, — кивнул Гессен и, словно вспомнив, положил на стол небольшой плотный конверт. — Кстати, Александр Христофорович просил передать вам лично.

— Благодарю вас. Мне кажется, мы с вами затеваем весьма занятную комбинацию.

— Что ж, с нетерпением буду ждать, когда вы соизволите поделиться её деталями, — с лёгким намёком на любопытство ответил Гессен, поднялся и, откланявшись, вышел.

Когда дверь закрылась, я вскрыл конверт. Внутри лежало приглашение на ужин к Бенкендорфу. Впервые за всё время нашего знакомства он звал меня в свой дом. Это само по себе было многозначительным знаком.

Я отложил приглашение. Мысли вновь вернулись к княгине Оболенской. Общий план действий начал вырисовываться. Основа его была проста и потому изящна: нужно было обыграть ситуацию с её связью с помощником британского посла. Но как именно? Это требовало тонкой и точной настройки.

Бенкендорф в это время жил с супругой, Елизаветой Андреевной. Дочери его были уже замужем, сыновей от брака не имелось. Правда, в свете ходили разговоры о внебрачном сыне — неком подпоручике Финляндского полка Андрее Александровиче Павловском, но всё это оставалось на уровне слухов. Впрочем, до семейных тайн шефа мне не было дела. Одно я знал твёрдо: ходоком Александр Христофорович был ещё тем.

Я прибыл минута в минуту — Бенкендорф не терпел неточности. Дворецкий встретил в холле. Сдав бурку Аслану, я поднялся в гостиную, где меня ждал сюрприз: помимо хозяев, в комнате находилась Дарья Христофоровна Ливен, сестра графа.