Книга Шайтан Иван 12, страница 110 – Эдуард Тен

Я присел на край стула и приготовился слушать.

— Вчера у меня на приёме был граф фон Фикельмон. Император Франц Иосиф просит, нет, умоляет о помощи. Летом ожидается активизация венгерской армии. Дух и воля в австрийских войсках подорваны, армия раздроблена, единого командования нет. Ему нечего противопоставить бунтарям. Австрийский император взывает к нам о помощи. Я намерен выполнить союзнический долг, ввести войска в пределы Австрийской империи и помочь своему собрату. Князь, доложите все сведения о ситуации в Австрии, которыми вы обладаете.

Я подошёл к карте, разложенной на столе, и начал доклад, указывая на ней общую обстановку, сложившуюся в Австрии на сегодняшний день. Доклад закончил словами.

— По сути своей австрийская армия состоит из венгров, славян, итальянцев и других народностей, населяющих империю. Если венгры, собравшие своё войско, знают, за что сражаются, то остальные части потеряли последнее желание биться за Франца Иосифа и при первой возможности бегут с поля сражения. Армия же самих повстанцев составлена из необученных рекрутов. Дух в них высок, но как солдаты они ничего из себя не представляют. Франц Иосиф, прося вас, ваше величество, о помощи, надеется нашими руками разгромить мятежников, сохранить свою империю. Зная суть этих лицемеров, нетрудно предсказать, что нас ожидает, когда опасность минует. Франц Иосиф сменит подштанники и с величественным видом сядет на трон, мгновенно забыв о том, что вы для него сделали.

Я заметил, как император нахмурился при моих последних словах. Бенкендорф слегка побледнел, а великий князь Павел отвернулся к окну, с трудом сдерживаясь от смеха.

— Прошу прощения, ваше величество, за простоту речи. Не вижу смысла искать высокопарные слова для изложения сути дела, связанного с австрийцами.

Император молчал.

— По вашему, князь, — произнёс он тихо, — мы должны быть сторонними наблюдателями и спокойно смотреть, как разваливается Австрийская империя?

— Ваше величество, князь не это имел в виду, — поспешил смягчить назревающий гнев императора Бенкендорф.

— Ваше величество, — я шагнул вперёд, — оказывать помощь Австрии или нет — сугубо ваша прерогатива. Однако у меня есть вопрос. Почему ни одна из европейских стран — ни Пруссия, ни Франция, ни та же Англия — не спешит оказать помощь Францу Иосифу? Да потому что для них развал Австрии не столько зло, сколько благо. Можно будет прибрать к рукам то, что плохо лежит. Франц Иосиф, зная вас как благородного монарха и верного союзника, обратился за помощью именно к вам — и не прогадал.

Я смотрел на Николая, наблюдая, как по его лицу пробежала гамма противоречивых чувств. Он попал в тупиковое положение.

— Право слово, князь, не знаю, как воспринимать ваши слова. То ли оскорбление, то ли похвала. — Усмехнулся Николай. — В любом случае решение принято: помочь императору Францу Иосифу и направить стотысячную армию на подавление венгерского восстания.

Николай смотрел на меня с чувством удовлетворённого превосходства, как бы показывая мне моё место.

— Ваше величество, только вы решаете вопросы войны и мира. Мы выполним вашу волю, но позволю себе заметить: сто тысяч — слишком большой контингент. Такая армия потребует огромных расходов на содержание, будет неповоротлива и медлительна. Сообразно театру действий достаточно трёх корпусов численностью по двадцать тысяч человек. Стоит сделать уклон в сторону подвижных частей — кавалерии, усиленной артиллерией. Три пехотные дивизии и вспомогательные подразделения. Всё снабжение фуражом и продовольствием возложить на австрийцев. Необходимо также тщательно следить за карательными операциями, которые будут проводить австрийцы. Противостояние между венграми, с одной стороны, и хорватами, сербами, румынами — с другой, приобрело крайне ожесточённые формы. Не сомневаюсь, что после нашего участия в подавлении восстания просвещённая Европа обвинит нас во всех зверствах и жестокостях. Австрийцы — в первую очередь.