Книга Шайтан Иван 12, страница 126 – Эдуард Тен

Тут покраснел Кесель, не зная, что ответить мне. Паскевич успокоился и даже криво усмехнулся, глядя на посрамлённого Кеселя. Великий князь Павел еле заметно покачал головой, сохраняя серьёзное лицо.

— Да… но…

— Не нокай, не запрягал… — машинально вырвалось у меня.

Кесель, естественно, не понял моего высказывания. Паскевич довольно хрюкнул.

— Достаточно, князь. Фельдмаршал-лейтенант всё осознал и проникся. Приступим к совещанию. Выступаем послезавтра. Первый корпус под моим командованием пойдёт через Дуклинский перевал. Второй корпус под командованием генерала Малахова — через Лупковский перевал. Основные обозы и вспомогательные силы пойдут на Русские ворота. Корпус генерала Лидерса пойдёт в Трансильванию через Предял и Южные Карпаты. Командирам корпусов — ещё раз ознакомиться с частями и подразделениями, назначенными в их корпуса; уточнить задачи, поставленные перед вами; все возникающие вопросы согласовать с начальником штаба. На этом всё, господа. Да поможет нам Бог в делах наших праведных. Князь, задержитесь.

— Благодарю вас за поддержку, князь. Признаться, не хватает терпения переносить этого Кеселя. Надутый, высокомерный бездарь — и только. Однако знатно вы его поставили на место, — усмехнулся Паскевич. — Пётр Алексеевич, признаю за вами исключительное право командовать Кавказским отрядом, как указано в повелении государя, но в интересах дела вы выполните мой приказ… в случае крайней необходимости.

— Пётр Алексеевич! — отметил я про себя.

— Несомненно, ваша светлость, при возникновении крайней необходимости отряд выполнит ваш приказ, — сделал я акцент на «крайней необходимости».

Паскевич кивнул, соглашаясь с моим уточнением.

— В походе вам надлежит быть при мне, чтобы видеть всё своими глазами.

— Исполню, ваша светлость. Разрешите быть свободным?

— Идите, князь.

Вечером к нам в лагерь заявился великий князь Павел в сопровождении своего адъютанта — поручика гвардейского гусарского полка Романова Михаила Николаевича.

— Ба, Михаил Николаевич! — воскликнул Андрей. — Весьма неожиданно. И как только ваша маман отпустила вас в поход?

— Его величество разрешил, только когда Миша буквально истерзал его своими требованиями, но под моим неусыпным контролем, — Павел строго посмотрел на брата.

— Представляю состояние Александра, — сказал я.

— И не говори, Пётр Алексеевич. Вселенская обида, на всех… Он даже не стал просить его величество, зная, что получит отказ, — вздохнул Павел.

— Такова доля цесаревича, — усмехнулся Андрей. — Вы вовремя, господа. Будем ужинать.

Паша и Эркен принесли шашлыки, приготовленные Асланом, и горячие лепёшки. В палатке восхитительно запахло жареным мясом.

— Как вовремя! Я, признаться, голоден, — засуетился Павел.

— Всем мыть руки! Не дай бог заразу подхватить… дристучую.

— А это что за болезнь такая? — спросил Михаил, моя руки.

— Понос, мой царственный друг, — просветил я его.

Веселов растерялся, когда узнал, кто у него в гостях.

— Да ты не тушуйся, Ерёма. В походе это просто братья Романовы, — улыбнулся Андрей.

— Ничего себе «не тушуйся», — проворчал Ерёма. — Не каждый день к нашему шалашу сыновья самого императора приходят.

— Да брось ты, старшина. Давай присаживайся к столу. Мы же не в первый раз вместе воевать будем, — рассмеялся Павел.