Книга Шайтан Иван 12, страница 86 – Эдуард Тен

Император нахмурился:

— Вы уверены, князь, в этих сведениях?

— Так точно, ваше величество. Мы работаем над этим.

Горчаков незаметно бросил на меня подозрительный взгляд.

— Папской буллой масонские организации запрещены и распущены, — поправил меня Горчаков.

— Я сказал «тайные ложи», ваше сиятельство.

Горчаков потупился.

— В отличие от венгров, итальянцы слабо организованы. У них много противоречий внутри руководства. Они способны лишь на партизанскую войну. Австрийцы, наверняка, справятся сами. — Я сделал паузу и продолжил, понизив голос: — Ваше величество, прошу вас о соблюдении секретности. Я сообщаю сведения чрезвычайной важности. Наши агенты находятся под постоянной угрозой разоблачения. Их провал — это смерть для них и потеря огромных средств, в них вложенных.

Я выразительно посмотрел на Горчакова.

— Александр Михайлович прекрасно понимает и осознает всю ответственность за сохранения секретности всего того, что он здесь услышал.

— Веско произнёс император.

— Несомненно, ваше величество.

— Александр Михайлович, назначьте аудиенцию Австрийскому послу на пятницу.

Вы можете быть свободным.

— Слушаюсь ваше величество.

Горчаков встал и поклонившись вышел из кабинета.

— Теперь, князь, извольте подробно доложить об обстановке и настроениях в Англии. Надеюсь, у вас есть там агентура?

— Так точно, ваше величество. Как обычно, англичане подбросили дров во всевозможные революционные костры и с интересом наблюдают, где смогут поиметь свою выгоду. Достоверно известно, что они помогали и помогают революционерам всех мастей. Для них дестабилизация государственности во всех европейских странах даёт множество преференций. Самое главное — торможение экономического развития конкурентов. Особенно нашего, ваше величество. Чем сильнее становится наша империя, тем большие усилия прилагают они. Им, как никому, выгодна дестабилизация общей обстановки в Европе.

— Какую же мрачную картину вы рисуете, князь, — подвёл итог совещания император.

— Это не я плохой, ваше величество. Это жизнь такая суровая… и плохая.

Император усмехнулся.

— Что же, Александр Христофорович, и вы, князь. Несмотря на все неурядицы и проблемы, что вы вывалили на меня, выражаю вам своё удовольствие и благодарность за надлежащее исполнение ваших обязанностей. Можете быть свободны. Александр Христофорович, прошу вас в пятницу присутствовать на аудиенции австрийского посла.

— Слушаюсь, ваше величество.

Наступало время колоссальных потрясений для Европы, которые сильно отразятся и на Российской империи. Приходилось готовиться ко многим значимым событиям, наше участие в которых было неминуемо. Венгерский поход должен был состояться летом и осенью. Если характер нашего участия я обозначил на последнем совещании у императора, то его исполнение не было утверждено государем, и действия начальников и командиров войск, назначенных в Венгерский поход, оставались под вопросом. Меня одолевала текучка разных дел, которые росли, как снежный ком, на глазах.

Прибыл капитан Володин.

— Здравия желаю, ваше сиятельство.

— Здравствуйте, Арсений Владимирович. Что у вас?

— Согласно вашему распоряжению, мы подняли все материалы, которые смогли найти на графиню Орлову Ольгу Александровну. Их не так много, но кое-что интересное обнаружили. Родилась в Петербурге. Отец — Жеребцов Александр, камергер, очень известный масон. Мать — младшая княжна Лопухина. Почти всё детство и юность провела в Италии из-за слабого здоровья. Была обручена с герцогом Монтебело, но свадьба расстроилась — причины неизвестны. В 1826 году вышла замуж за графа Орлова.