Книга Крымский перелом, страница 121 – Эдуард Тен

— Так это, ваше превосходительство, — растерялся хорунжий, — у нас лопат нет.

— Поручик, — окликнул Андрей командира егерской роты.

— Я, ваше превосходительство, — отозвался тот, подходя ближе.

— Выручите хорунжего. Прикрывать вас будет. Не дай бог выбьют орудийную прислугу.

— Выручим, ваше превосходительство, — заверил поручик.

Андрей одобрительно кивнул и перевёл взгляд на позиции егерей. Он заметил, как они заботливо завернули свои винтовки, отложив их в сторону, чтобы сохранить от грязи. Земля была мокрой. Хорошо, что последнюю неделю не было дождей — ночи стояли холодные, и это немного подсушило почву.

Лука Петрович Пластунов стал полноценным пластуном. Свершилась его мечта: он принял присягу и был зачислен в бригадную полусотню разведки хорунжего Рыбина. В составе своего десятка он находился в дозоре. Они укрылись в небольшом кустарнике недалеко от берега реки и наблюдали за большим лагерем османов, который бесчисленными огоньками костров раскинулся на противоположном берегу. Османы спокойно стояли лагерем и сегодня так и не стали переправляться. Передовой отряд — не больше сотни — встал у самого берега.

Лука с младшим урядником Копиным сменили дежурившую пару и приготовились к ночёвке. Урядник спал, а Лука зорко наблюдал за обстановкой. Османы поужинали и улеглись спать у ярко горевших костров. Плотно завернувшись в бурку, Лука с завистью смотрел на греющихся у огня турок, невольно вспоминая приезд брата Паши с князем. Тогда они виделись всего два дня.

Паша привёз подарок — пятизарядный пистоль. То-то было счастья! Сейчас он лежал в кобуре за спиной, напоминая о брате. Паша поделился радостью: у него родилась дочь. И Лука до сих пор не мог избавиться от чувства досады, что не мог ничего подарить племяннице. Да и не знал он, что дарят в таком случае. Паша засмеялся, видя затруднения Луки.

— Ты вот что, братишка, — сказал он тогда, — люби, заботься о племяннице и помоги в трудную минуту. Это самое важное и дорогое, что нужно от тебя как от дяди. Уяснил, Лука Пластунов?

Паша ласково потрепал брата по голове.

— А может, вернётесь в Пластуновку? — с надеждой спросил Лука.

— Да пока не получится. Я ж на службе у командира, да и Роза в услужении у княгини. Как дальше сложится — мне не ведомо. Может, командир надумает вернуться, кто ж его знает.

Лука встряхнулся — он не заметил, как погрузился в воспоминания, а это непорядок на постy. Он снова прильнул к земле, всматриваясь в тусклые огни вражеского лагеря.

На следующее утро урядник толкнул Луку.

— Просыпайся, смена пришла.

Лёгкая туманная дымка тянулась от реки. Пора было уходить — смена уже устраивалась на лёжке. Неожиданно Лука вышел во весь рост из-за кустов и, на глазах оторопевшего урядника и двух сменщиков, подошёл ближе к реке и стал демонстративно мочиться. Долго и с удовольствием.

На том берегу уже заметно оживились: приходили за водой, кто-то привёл на водопой лошадей. Лука оправился, поправил снаряжение и заорал во всю мощь лёгких. Он неторопливо выкрикивал разные ругательства на всех языках, которые знал, активно жестикулируя и показывая различные комбинации. Так он орал минут пять, чем изрядно удивил растерявшихся турок. Однако те быстро пришли в себя и стали активно отвечать.

— Ты чего, бисово отродье, белены объелся! — со злостью прошипел урядник. — Ты чего творишь? Сейчас нехристи переправятся и вырежут нас.