Книга Крымский перелом, страница 166 – Эдуард Тен

Поводов спешить было предостаточно. Среди солдат повсеместно проявлялись признаки разложения, а вдобавок ко всему вспыхнула эпидемия холеры. Чем скорее удастся погрузиться на суда и отправиться к крымским берегам, тем лучше.

Всего на транспорты поднялось сорок тысяч французов, двадцать пять тысяч англичан, десять тысяч сардинцев и семь тысяч турок — вместе с артиллерией, боеприпасами и прочим снаряжением. Начиная с конца июля суда одно за другим заполнялись войсками, формировались в караваны и под прикрытием военных кораблей выходили в открытое море. Предложение высадить десант в Феодосии было отвергнуто: слишком велико оказалось расстояние до Севастополя, а растягивание и без того длинных коммуникаций делало этот вариант крайне рискованным.

Первые суда подошли к Евпатории 25 августа. Убедившись в полном отсутствии береговых укреплений, союзники отправили на берег группу парламентёров, которая вручила городским властям ультиматум: покинуть город в течение суток. Полковник Боровицкий принял условия и обещал исполнить требование в назначенный срок.

В течение следующих трёх дней к Евпатории подходили всё новые корабли с десантом. На берегу уже находился передовой отряд из восьмисот французских зуавов под командованием полковника Морье. Крымские татары, многие из которых остались в городе, вскоре на собственной шкуре познали «великодушие» союзников. Зуавы, не церемонясь, грабили дома и при малейшем сопротивлении убивали недовольных. Такая удача, грабить и разбойничать первыми. Город погрузился в ночь страдания и насилия.

Когда командир турецкого отряда численностью около сотни человек потребовал прекратить насилие над единоверцами-мусульманами, полковник Морье приказал вышвырнуть его вон из дома, в котором сам расположился. А двум дочерям хозяина — местного купца Кутиева — он пообещал сладкую ночь.

Лука со своим десятком наблюдал за тем что творилось в городе. Высадка на пляжи началась ещё вчера. На их участке рядом с окраинами города высадилась не меньше тысячи. Ночью все движения на море прекратились. За неделю стояния в двух верстах от города разведка облазила всё в округе и знали все тропки. Два батальона пластунской бригады и два батальона стрелковой дивизии несколько раз отрабатывали скрытые подходы на рубежи атаки. Артиллеристы, две казачьи легко конные батареи, всего восемь орудий, подготовили позиции. Гранатомётные батареи определились с местами. Каждый боец знал свой манёвр. Подготовка закончилась и отряд ждал часа Ч.

Когда командир первого стрелкового полка, Андрей Сомов, узнал о готовящейся операции против десанта он потребовал от князя включение в отряд его батальона, как и граф Муравин. Полковник Мангер подтвердил высокий уровень подготовки стрелков. Ночная атака отработана на отлично.

Немного подумав я дал согласие и два батальона стрелков, налегке, ушли с пластунской бригадой и диким полком Лермонтова. Командовать двумя стрелковыми батальонами Мангер назначил Сомова к неудовольствию Муравина.

На исходе вторых суток Веселов, командовавший всем отрядом, собрал командиров на последнее совещание.

— Всё, отцы-командиры. Шушеры набралось больше восьми тысяч. Ждать больше нельзя. Всем подразделениям к четырём утра выйти на позиции. В четыре тридцать — начало атаки. Действуем по плану. Михайло, гляди, чтобы твои джигиты за свой участок не лезли. Отходим по своим маршрутам. Пленные не нужны.