Книга Дни в джунглях. Гватемальские партизаны против латифундистов, страница 8 – Ноам Хомский, Марио Пайерас

Холодная война в Гватемале приняла новый оборот в 1960 году, когда ЦРУ, действуя за спиной гватемальской армии, создало несколько баз для обучения и вооружения кубинских изгнанников в рамках подготовки вторжения на остров с целью свержения Фиделя Кастро. Военные офицеры и солдаты – многие из которых восхищались революцией Кастро и возмущались подчинённым положением Гватемалы по отношению к США – подняли мятеж в столице и в Сакапе на востоке. Восстание вдохновило значительную поддержку среди крестьян-ладино на востоке, хотя местное индейское население проявило мало интереса.

США направили военные корабли, бомбардировщики и авианосец, и восстание было быстро подавлено. Некоторые из лидеров бежали в горы, где в последующие годы переформировались в FAR (Революционные вооружённые силы) – партизанское движение численностью в несколько сотен бойцов, которое провело несколько мелких акций.

Дикие репрессии, последовавшие за такими акциями, были нацелены в основном на некомбатантов. Военные в союзе с парамилитарными эскадронами смерти убили от трёх до восьми тысяч крестьян, главным образом в восточном департаменте Сакапа, в период с 1966 по 1968 год. Министр обороны, руководивший операцией, полковник Карлос Арана Осорио, известный как «мясник из Сакапы», затем был избран президентом в 1970 году.

«Почему военные набирали людей для заселения границы, а потом убивали их?» – спрашивает географ Меган Ябарра. Она отвечает на свой вопрос так: «К середине 1970‐х годов, когда контрреволюционный проект военных по колонизации низменностей, казалось, пошёл не по плану, военные применили контрповстанческое насилие как часть более крупного проекта развития». События на востоке предвосхитили насилие, которое охватило преимущественно индейские западные и центральные высокогорья по мере развития десятилетия.

В 1970‐е годы около 60 процентов крестьян-фермеров майя сезонно мигрировали на работу на побережье. Семьдесят пять процентов детей страдали от недоедания. В 1970‐х годах несколько различных направлений организации мобилизовали городскую бедноту, рабочих-мигрантов на побережье, высокогорные деревни и новые кооперативы. К середине десятилетия также росли связи с зарождающимися партизанскими группами, которые, как и в Никарагуа и Сальвадоре, считали, что время для вооружённой революции с целью свержения несправедливого порядка созрело.

В 1976 году мощное землетрясение сотрясло высокогорья Гватемалы. Погибло более двадцати тысяч человек, семьдесят пять тысяч получили ранения, миллион остался без крова. По словам Артуро Ариаса, «землетрясение стало настоящим испытанием огнём для местного руководства в пострадавших сельских общинах… С этого момента работа по обучению грамоте, работа христианских общин, работа по политическому обсуждению начали по-настоящему преобразовываться в организационную работу», которая стала более явно политизированной, а иногда и приводила к связям с вооружёнными левыми группами.

Ликвидация последствий землетрясения объединила прогрессивные католические организации, городские профсоюзы, индейцев из разных общин и активистов-ладино. «Студенты средних и начальных школ организовывались, требуя восстановления своих школ, рабочие заводов боролись за помощь от своих работодателей, а соседские комитеты, часто создаваемые студентами или профсоюзными деятелями, процветали повсюду в городе, когда жители мобилизовались» для предоставления базовых услуг. «Последствия землетрясения стали опытом местной власти перед лицом государственной коррупции», что питало дальнейшую революционную организацию.