Книга Сталинисты в Америке. Стратегия силовых действий, страница 12 – Хизер Бут

Общественный скептицизм по отношению к крупному бизнесу усилился даже в консервативных регионах страны. «Кажется, когда они поднимаются наверх, они думают о большом человеке и забывают о маленьком», – объясняла Милдред Бейли, косметолог из маленького городка Селма, Северная Каролина. В 1975 году с перевесом более двух к одному общественность считала, что «крупные американские корпорации склонны доминировать и определять действия наших государственных чиновников в Вашингтоне». Наконец, повсеместно наблюдались признаки возрождения американских добровольческих традиций. Всё больше американцев работали «в нерабочее время» в своих сообществах, и потенциал казался едва затронутым. Опросы Гэллапа показали, что 64 процента населения готовы «работать бесплатно» в добровольных комитетах, которые будут решать проблемы в их районах, такие как школы, жильё, здравоохранение, рабочие места, преступность и молодёжная активность. Вопрос был в том, кто организует народное недовольство.

Правые популисты изначально были наиболее успешны в канализации таких настроений. Их основная база – в основном белая и со средним доходом – была гораздо более однородной, чем у прогрессивных популистов, которые стремились строить широкие коалиции по часто горьким линиям расовых и доходных различий. Такие коалиции, по сути, строились годами. Более того, послание правых было гораздо проще: всегда легко предлагать козлов отпущения за чувства уязвимости, чем разрабатывать позитивные и эффективные стратегии расширения прав и возможностей граждан. И в мире огромного сосредоточия богатства и власти любая стратегия расширения прав и возможностей, скорее всего, будет встречена огромным скептицизмом миллионов граждан, почти потерявших надежду на демократические перемены. Наконец, Новые Правые перешли к политическим действиям гораздо быстрее, чем прогрессивные популисты. И на выборах 1980 года они нашли эффективного и красноречивого общенационального лидера.

Рональд Рейган давно озвучивал правые популистские темы. Он призывал «положить конец гигантизму» и заявлял, что «тысячи городов и кварталов увидели, как их покой был нарушен бюрократами и социальными планировщиками с помощью автобусных перевозок, сомнительных образовательных программ и нападок на семейное единство». В борьбе за выдвижение кандидатом в президенты от республиканцев в 1980 году его подход доказал свою силу. Джон Конналли, бывший министр финансов, баллотировался как откровенный защитник крупного бизнеса – и был разгромлен на республиканских праймериз. В отличие от него, Рональд Рейган призвал к «популистской коалиции» и провозгласил себя «защитником не загородных клубов, а малого бизнесмена и работника синих воротничков». Washington Post обнаружил, что «в резком контрасте с другими республиканцами Рейган показывает значительно лучшие результаты среди рядовых республиканцев, которые, кажется, скептически относятся к крупному бизнесу». Искры, зажжённые двенадцатью годами ранее, внезапно вспыхнули пламенем. «Смена партии вторична, – сказал Си Джей Харти, бывший сторонник Уоллеса-демократа в Северной Каролине, который горячо поддерживал Рейгана. – Важна философия. Ваши белые этнические избиратели, ваши избиратели-синие воротнички голосуют за Рейгана. Это проявляется везде».