Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 97 – Лаура Кастелланос

Другой формой стал мирный захват конгрессов Кинтана-Роо и Пуэблы с требованием декриминализации абортов в рамках мобилизаций «моррас» из «зелёной волны» феминистского движения, которое ставит эту цель во главу угла. Каждый из них по-своему обусловил законодательное обсуждение аборта передачей здания, так и произошло. Первый отказался декриминализировать его, в то время как во втором законопроект был заморожен. Активизм «зелёной волны» разоблачил криминализацию и судебное преследование мексиканок, делающих аборты. Национальная комиссия по предупреждению и искоренению насилия в отношении женщин сообщила, что в первом полугодии 2021 года было открыто четыреста тридцать два следственных дела по этому преступлению в двадцати семи штатах. Но Верховный суд нации неожиданно единогласно признал неконституционной абсолютную криминализацию абортов 7 сентября 2021 года, что считается вехой четвёртой волны, несмотря на санитарный карантин.

Во время пандемии президент продолжал демонтировать государственную политику, достигнутую феминистками за последние тридцать лет, и продолжал их стигматизировать, отмечает Андреа Медина. «Он создаёт целый контекст ненависти», – утверждает она. Таким образом, институциональное насилие, как предупреждал Карлос Монтемайор, переросло в народное насилие. «Моррас» сделали дом президента, Национальный дворец, центром прямых действий и вспышек враждебности. Он продолжал их дискредитировать. И 8 марта 2021 года, в контексте его поддержки кандидатуры его друга Феликса Сальгадо Македонио на пост губернатора Герреро (при двух заявлениях об изнасиловании и трёх обвинениях в злоупотреблениях и сексуальных домогательствах), дворец был обнесён гигантскими металлическими заборами – невиданное дело. «Моррас» возложили на них цветы, написали сотни имён жертв фемицида и исчезновений, снесли некоторые заборы и спроецировали на фасад Национального дворца гигантские световые лозунги: «Насильник не станет губернатором» – один из них, направленный против кандидата из Герреро.

Тем временем столичное правительство предприняло контрповстанческие действия. Социальная организация «Бригада мира „Марабунта“» обвинила его в прессе в применении полицейского насилия во время протестов, а также химических средств и резиновых пуль, которые не регулируются, что было отрицаемо властями. Также в незаконных обысках, судебном преследовании и криминализации тринадцати молодых феминисток перед маршем 8 марта 2021 года. Сообщалось, что полицейские ворвались в дом, где группа «моррас» практиковалась в жонглировании для марша; что полиция обвинила их в хранении девяти коктейлей Молотова, восемнадцати килограммов марихуаны и шести колюще-режущих предметов, но они опровергли это, заявив, что им их подбросили. Одна из этих «моррас» заявила, что она подвергается судебному преследованию со стороны Генеральной прокуратуры правосудия Мехико по другому делу. Вместе с двенадцатью другими она утверждает, что с 18 ноября 2020 года им сфабриковали обвинения в нанесении ущерба имуществу, телесных повреждениях и ограблении магазина, разгласили их личные данные и связали их с анархистской группой «Чёрная автономия».

Начиная с 8 марта 2020 года на протестах в столице наметилась тенденция к столкновениям или агрессии со стороны «моррас» в отношении женщин-полицейских. Ирма Сауседо объясняет, что феминистское движение мирное и направлено на культурную трансформацию, но оно неоднородно, поэтому всегда были более радикальные группы, «и анализ капиталистической системы как оси насилия в отношении населения позволяет некоторым женщинам верить, что, противостоя женщинам-полицейским, они противостоят государству, репрессивной власти и патриархальной власти». Она полагает, что установка заграждений с женщинами-полицейскими на демонстрациях с участием радикальных «моррас» – это «хорошо продуманная стратегия, поскольку она играет на идее, что все женщины одинаковы и должны безоговорочно поддерживать друг друга», так что после нападений власти могут сказать: «Видите, как они не поддерживают женщин?», в то время как на самом деле «они используют женщин-полицейских как ударную силу, чтобы идеологически и физически разоружить их и дискредитировать их в обществе».