Книга Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии, страница 78 – Мартин Диллон

Его поездка в Ирландскую Республику, похоже, спровоцировала у него одержимость этой страной. В ноябре 1962 года ирландская полиция получила телефонный звонок с сообщением, что «человека видели с парашютом на Брей-Хед за пределами Дублина». Когда двое констеблей прибыли в Брей, они обыскали территорию и нашли Барри Барбера, который сказал им, что он британский агент на учебной миссии. Он был взят под стражу, где снова предложил полиции альтернативную версию событий: он сказал, что купил парашют в своём родном городе и отправился в Ирландию на пароме из Холихеда в Дан-Лири. На этот раз он был возвращён в Англию без предъявления обвинений. Весной 1963 года он был приговорён к шести месяцам тюремного заключения за кражу денег у своих родителей. Год спустя он снова был в Дублине, утверждая, что он Ханс Крюгер, восточногерманский агент. При нём был краденый радиопередатчик; его обвинили в краже и приговорили к трём месяцам тюремного заключения.

В конце 1964 года он вернулся в Англию и попытался поступить в армию. Его приняли, но быстро уволили, когда обнаружили, что он скрыл свою предыдущую службу и позорное увольнение.

После этого он оставался в рамках закона и в 1968 году женился на разведённой женщине с тремя детьми. Она родила ему сына, но брак распался. Он снова поступил в британскую армию и повторно зачислился в Парашютный полк; по-видимому, его предыдущая служба в армии и судимость не всплыли. «Парашютисты» быстро нашли его неподходящим и перевели в другой полк, который сделал аналогичное заключение, и ему позволили выкупить себя из службы. В общей сложности его карьера солдата составила семь месяцев: два месяца в 1957 году, двенадцать дней в Королевских фузилёрах в 1965 году и пять месяцев в «Парашютистах» и Королевском английском полку в 1969 году. В сентябре 1971 года он встретил Нору Гриндрод, которая была разлучена с мужем и имела опеку над двумя маленькими сыновьями. Она влюбилась в него и через месяц присоединилась к нему в поездке в Ирландию, которая в конце концов привела к его смерти где‐то вдоль ирландской границы.

Как мы знаем, под именем Дэвида Симена он провёл пресс-конференцию при содействии Официальной ИРА в конце октября и вернулся в Манчестер. Однако в то время не стало известно, что ИРА отправила нескольких своих людей в Англию для разговора с ним. Это было сделано потому, что лидеры ИРА были так же сбиты с толку, как и все остальные, тем, как Симен их дискредитировал. Они хотели узнать, был ли он просто психом, намеренной «подсадной уткой» или дураком, которого использовали против них. 26 января 1972 года он отправился пожить к другу в Хоут на окраине Дублина. Его девушка осталась дома, не зная о его решении покинуть Манчестер, и Симен, конечно, не сказал ей, что возвращается в Ирландию. На следующий день его видели в компании незнакомца в отеле Gresham на О’Коннелл-стрит в Дублине. Свидетели вспоминали, что незнакомец был заметен, потому что был высоким, носил фетровую шляпу и дорогое пальто, что оба мужчины говорили более часа и что Симен вёл себя «возбуждённо». Полицейские расследования позже показали, что в отеле на ирландской границе был заказ на ту ночь на имя Дэвида Симена, но он не появился. 29 января он был снова в Хоуте, утверждая, по словам его друзей, что был в Северной Ирландии на встрече с контактом из SAS. Затем Дэвид Симен исчез на следующие восемь дней. Никто не сообщал, что видел его в тот период, поэтому мы должны предположить, что он находился в руках своих убийц. «Временные» говорят, что не убивали его, а Официальная ИРА не комментировала его убийство, хотя все улики указывают на них. У Официальной ИРА был мотив: он публично смутил их в то время, когда они были уязвимы – когда «временные» подрывали их базу власти, ирландское правительство видело в них угрозу, а MI6 пыталась проникнуть в их ряды, чтобы дискредитировать их. Поскольку публичные заявления Дэвида Симена нанесли значительный ущерб ИРА, многие журналисты, а также члены республиканского движения задавались вопросом, был ли он действительно британским агентом в дополнение к тому, что был психом.