Книга Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии, страница 98 – Мартин Диллон

«ИРА – не единственная тайная, смертоносная сила среди нас. Тайные агенты государства имеют видимость респектабельности, которая маскирует их тёмные дела и коррупционную работу. Они работают тайно в тёмных местах, незаметно, ища маленьких жертв, таких как Джо, которых они могут раздавить и использовать в своих целях. Их действия также развращают дело, которому они якобы служат».

Отец Тонер приберёг самые горькие комментарии для ИРА, которая, по его словам, опозорила всё ирландское и всё республиканское. Он сказал, что ирландцы чувствуют себя нечистыми не из-за британского присутствия, дискриминации со стороны юнионистов, преследований или убийств.

«Вам, ИРА, и всем, кто вас поддерживает или защищает, мы должны сказать, что сегодня мы чувствуем себя грязными. Грязные и подлые дела, совершаемые ирландцами, делают Ирландию грязным и подлым местом, ибо именно дела, совершаемые ирландцами, делают нас нечистыми. То, что никогда не могли сделать британцы, что никогда не могли сделать юнионисты, сделали вы. Вы заставили нас склонить головы в стыде, и это грязное чувство. ИРА – как рак в теле Ирландии, распространяющий смерть, убийства и коррупцию. Это непримиримый враг жизни, и община боится, потому что не может его увидеть или опознать. Мы хотим, чтобы рак ИРА был удалён из нашей среды, но не средствами, которые повредят моральные устои общества и сделают систему нечистой. Борьба со злом коррумпированными средствами убивает пешек, таких как Джо, и делает каждого из нас уязвимым и напуганным. И это позволяет убийцам Джо навести отвратительную видимость респектабельности на хладнокровное убийство и умыть руки, как Понтий Пилат».

Похоронная речь отца Тонера красноречиво обличала грязную войну и ту её часть, которая использует осведомителей или агентов. Некоторые люди могут счесть его взгляды наивными, особенно в отношении тактики, необходимой для удаления рака, который он называет «распространяющим смерть, убийства и коррупцию». Некоторые могут утверждать, что всё то, что он определяет как губительное для развития общества, невозможно удалить простым осуждением, а только сильными, если необходимо, неортодоксальными действиями. Другие могут утверждать, как и он, что насилие невозможно победить насилием. Однако в эпизоде с Фентоном насилие не использовалось для противостояния ИРА: согласно имеющимся доказательствам, Фентон работал внутри ИРА, чтобы уничтожить её. Тогда можно спросить, действовал ли он в рамках закона или вне его по указанию своих кураторов. Если кого‐то принуждают действовать в качестве осведомителя, и он занимается преступной деятельностью, морально ли это оправдано на войне? Нужно ли откладывать вопросы общей морали ради уничтожения врага? Ответы будут различаться у разных людей, но общество, возможно, должно решить для своего будущего, можно ли выиграть грязную войну, используя неэтичную тактику.

Жизнь Джо Фентона как агента/осведомителя не вызывает сомнений у тех, кто его знал, таких как его отец и отец Тонера, и история, которую они приняли, такова.

В 1980–1981 годах ИРА попросила Фентона выполнить для них задание, которое считалось бы «услугой». Термин «услуга» использовался ИРА, чтобы указать, что его не будут принуждать делать больше одного задания – перевезти некоторое количество взрывчатки из схрона в конспиративную квартиру. Фентон выполнил это, но был потрясён, когда к нему в частном порядке обратились члены Специального отдела, которые сказали, что знают о его работе на ИРА и, в частности, о транспортировке некоторого количества взрывчатки. Они убедили Фентона, что могут предъявить ему обвинения и доказать его вину, но если он немного поработает на них, дело будет забыто. Ему также предложили денежное вознаграждение за любую информацию, которую он сможет предоставить.