Эль Патохо уехал, а вскоре пришло сообщение о его смерти. Как всегда, вначале у нас еще была надежда на то, что, может быть, произошла ошибка, как уже не раз случалось в подобных случаях раньше. Но, к сожалению, труп убитого сына опознала его мать; сомнений не оставалось – Эль Патохо погиб. И не только он, вместе с ним погибла целая группа товарищей, возможно таких же мужественных и самоотверженных, как он сам, но с которыми мы не были знакомы лично.
Еще раз пришлось пережить горечь утраты, и остался без ответа вопрос: почему бы не учесть чужой опыт? Почему остались без внимания такие простые советы, которые были даны? Любопытно и поучительно было бы узнать обстоятельства всего случившегося, обстоятельства гибели самого Эль Патохо. Пока они точно не известны, но можно наверняка предположить, что район действий был выбран неудачно, что бойцы оказались слабо подготовленными в физическом отношении, что не соблюдалось в достаточной мере условие подвергать все сомнению и быть бдительными, а поэтому карательным войскам удалось выследить партизан. Одни из них, как Эль Патохо, были убиты в бою, другие – рассеяны. Некоторые потом должны были спасаться от преследования, и практически тоже были истреблены, некоторые попали в плен, а за оставшимися в живых была организована настоящая охота, как это произошло с нами после боя под Алегрия-де-Пио.
Еще раз пролилась молодая, горячая кровь во имя свободы на американском континенте. Пришлось опять пережить горечь утраты. Но пока мы оплакиваем наших погибших товарищей, нужно готовиться к новым сражениям, чтобы не повторять ошибок прошлого, отомстить за каждого убитого новыми победами и добиться окончательной свободы.
Когда Эль Патохо уезжал, то он ничего не сказал мне о том, что он что-то оставлял после себя, за чем нужно было бы присматривать. Он не попросил об этом и никого другого. Действительно, после него ничего не осталось – ни одежды, ни личных вещей. Однако мои старые друзья по Мексике прислали мне его записную книжку, в которой содержались написанные им стихи, посвященные революции, родине и любимой женщине, с которой Эль Патохо познакомился на Кубе. В последнем стихотворении он говорил о своем сердце, которое в этой жестокой борьбе согревалось любовью, и верил, что победа придет.
Сердце Эль Патохо осталось среди нас. Наступит новый день, когда над Гватемалой, над всей Америкой взойдет солнце свободы, за которую Эль Патохо отдал свою жизнь, и согреет его сердце радостью победы, о которой он мечтал.
В Министерстве промышленности, где у Патохо было много друзей, в память о нем его именем названа небольшая школа, готовящая кадры статистиков. А когда час свободы придет в Гватемалу, ее народ воздаст должное своему верному сыну и назовет его именем школу, фабрику, больницу или любое другое учреждение, где свободные люди будут работать и творить во имя построения нового общества» (Эрнесто Ч Гевара «Эпизоды революционной войны»).
Краткая партизанская эпопея «Эль Патохо» в Гватемале
В начале 60-х годов в Гватемале недовольство проамериканским диктаторским режимом генерала Идигораса Фуэнтеса достигло критической отметки. Когда стало известно, что правительство тайно предоставило территорию страны для размещения тренировочных лагерей кубинских эмигрантов, готовивших вторжение в заливе Кочинос, против него подняли мятеж военные. Но из-за нерешительности руководства и несогласованности действий выступление, которое поддержало около трети личного состава вооруженных сил, было подавлено. Остатки мятежников ушли в Гондурас, затем вернулись на территорию страны, создав партизанское формирование, получившее название по дате выступления (13.11.60) – «Движение 13 ноября» (М–13).
