Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 37 – Ярвин Кёртис

Европейские Новые Правые тоже любили Генона – тот давал им интеллектуальное обоснование для антилиберализма. Американские альт-правые, глядя на Европу, впитали его циклические схемы. А заодно – идеи другого философа, Юлиуса Эволы.

Эвола – итальянец, воевал в Первую мировую, во Вторую мировую его парализовало после авиаудара в Вене в 1945 году. Он дожил до 1970-х и написал кучу книг: «Введение в магию», «Люди и руины», «Путь киновари», «Фашизм, критика справа», «Справочник для правой молодёжи» и прочую чушь. С 1990-х его переводили на английский, а в 2000-х Counter-Currents и Arktos начали его переиздавать.

Альт-правые носятся с ним как с писаной торбой. Его «Восстание против современного мира» для них – настольная книга. Его называют «протофашистом». По определению Гриффина (палингенетический ультранационализм) – да, подходит. Но вот незадача: отношения Эволы с фашизмом были, мягко говоря, сложными. Муссолини кое-что у него брал, кое-что отвергал. А сам Эвола был одним из немногих, кто критиковал фашизм… справа! Да-да, ему фашизм казался недостаточно традиционным, слишком националистическим и недостаточно «духовным». Эвола, как и его дружок Генон, был мрачным пессимистом.

Но самое интересное началось после Второй мировой войны. Эвола, которого авиационная бомба, сброшенная на Веу, сделала инвалидом (парализованным), совершенно разочаровался в фашизме как политическом движении. Он понял, что массовые движения – это ерунда. И начал защищать… аристократические привилегии и феодализм! Да-да, этот человек, которого нацисты считали своим, пришёл к выводу, что будущее – не за партиями и диктатурами, а за родовой аристократией и феодальной иерархией. Он мечтал о возвращении к обществу, где всем правят «лучшие люди» по рождению, а не по заслугам.

И тут – внимание, сейчас альт-правые выпадут в осадок. Эвола, размышляя о том, где же на Западе сохранился настоящий феодализм и подлинная аристократия, указал на… страны Латинской Америки! Да-да. По мнению Эволы, латифундисты – эти крупные землевладельцы в глуши Аргентины, Бразилии, Чили – это и есть последние осколки истинного традиционного общества. Он считал, что там, в поместьях, где потомки испанских конкистадоров (которые, напомним, по версии Серрано, стали «золотой расой») живут среди индейцев и метисов, сохранилась подлинная иерархия, честь, достоинство – всё то, что давно сгнило в либеральной Европе и США.

А вот США и Англию Эвола ненавидел лютой ненавистью. Он видел в них воплощение полной деградации: торгашество, меркантилизм, демократия, равноправие – всё это вызывало у него тошноту. Для него Америка – это царство «массы», безликих обывателей, поклоняющихся доллару. То есть те самые WASP (белые англосаксонские протестанты), которые считают себя «нордической расой», для Эволы были просто быдлом. А истинная аристократия – это какие-то полуразорившиеся гаучо в Патагонии.

И это ещё не всё! Теперь – самое весёлое для современных белых расистов, которые молятся на Эволу. Эвола считал, что аристократия определяется только по роду.Кровь, происхождение, генеалогия. Никаких личных заслуг, никакого «я сам сделал себя», никаких «высоких IQ». Если твой предок был королём или герцогом – ты имеешь право на власть. Если твой предок был крестьянином или фермером – сиди и молись на тех, кто выше.