Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 93 – Ярвин Кёртис

Особый набор законов применялся к мексиканцам, которых государственный секретарь Джеймс Бьюкенен назвал «низшей, ленивой, смешанной расой». Хотя они были расово «не имеющими права на гражданство», мексиканские рабочие были необходимы для развития железных дорог, горнодобывающей промышленности и сельского хозяйства на западе США. Поэтому вместо того, чтобы физически исключать мексиканцев, Конгресс оставил въезд открытым, но разработал множество систем, чтобы гарантировать, что мексиканцы въезжают в страну как временные рабочие, а не как потенциальные поселенцы или граждане. Эксплуататорские программы приглашенных рабочих и массовые депортации в 1930-х и 1950-х годах подтвердили, что мексиканцы не входят в число тех иммигрантов, которых «приветствуют».

Реформа иммиграционного законодательства 1965 года, известная как Закон об иммиграции и гражданстве, как правило, восхваляется за окончательное устранение расовых квот и ограничений на иммиграцию. Эта точка зрения имеет некоторую обоснованность, если посмотреть, как закон повлиял на европейцев, африканцев и азиатов. Но для мексиканцев закон 1965 года просто создал новый вид ограничений: первую в истории иммиграционную квоту, которая превратила многих мексиканских рабочих-мигрантов в «нелегальных» иммигрантов. К 1980 году в Соединенных Штатах насчитывалось около 1,5 миллиона недокументированных мексиканцев; к 1986 году это число выросло до 3,2 миллиона из-за сочетания долгового кризиса в Мексике и бурного рынка труда США. «Нелегальность» стала новым способом криминализации мексиканцев и оправдания продолжающейся эксплуатации и исключения. Тем временем «войны» с пьянством и преступностью делали то же самое с другими цветными группами населения.

Большинство центральноамериканцев, спасавшихся от преследований или насилия в 1980-х годах, не имели возможности легального въезда в Соединенные Штаты. Как и многие мексиканцы, они просто пересекали границу «без досмотра», избегая официальных контрольно-пропускных пунктов, и попадали в подпольный мир недокументированности.

Обеспокоенность общественности и Конгресса по поводу растущего недокументированного населения росла в начале 1980-х годов, и в 1986 году Конгресс принял Закон об иммиграционной реформе и контроле. IRCA имел три основных компонента: санкции для работодателей, которые наказывали нанимателей за прием на работу недокументированных рабочих; усиление пограничного контроля, чтобы предотвратить въезд людей без документов; и легализация, которая позволила значительному числу людей без документов урегулировать свой статус. IRCA смягчил условия для сельскохозяйственных работодателей, которые полагались на мексиканских рабочих, добавив специальные положения для их легализации и новую программу приглашенных рабочих.

Первые два компонента IRCA – санкции для работодателей и усиление пограничного контроля – были постоянными и продолжающимися и заложили основу для все более карательного антииммигрантского законодательства и практики с 1990-х годов. Третий, легализация, был разовой оливковой ветвью для самих иммигрантов. Два его параметра ясно давали понять, что его целью были мексиканские рабочие-мигранты, а не центральноамериканские беженцы.

Во-первых, легализация предлагалась только мигрантам, которые могли доказать, что они находились в Соединенных Штатах непрерывно с 1 января 1982 года. Это автоматически исключало большое число центральноамериканцев, чье количество начало значительно расти только после 1980 года. Во-вторых, IRCA предоставлял статус резидента сезонным сельскохозяйственным рабочим, большинство из которых были мексиканцами. В итоге IRCA позволил 2,7 миллиона иммигрантов легализовать свой статус, 70 процентов из них были мексиканцами.