Книга Горицвет, страница 14 – Диана Чайковская

— Лыко! – чуть не выругался. – Чего тебе?

А тот осмотрелся, скосил единственное око и уставился так, будто уже принёс победу и положил в его ладони.

— Мой княжич, мы собрали несколько тысяч, стяги тянутся от Града до степи, – казалось, он смаковал эти слова как лучшее питьё.

— Значит, можем выдвигаться на седмице, – Воислав облегчённо выдохнул. – Осталось только попросить благословения у служителей единого Бога.

Лыко посмурнел. Ему, не принявшему новую веру, не нравилось, что по столице рыскают чужаки в чёрных одеждах и говорят на языке Ясного Королевства, звенящем, странном. Воислав видел, как его пробирало до костей, когда летели капли святой воды вокруг терема. Аж широкие плечи тряслись, а руки то и дело отряхивали рыжие пряди, словно пытаясь избавиться от грязи. Его можно было понять – всё-таки волчьи братья принадлежали Велесу испокон веков. По своей воле они служили князьям, и, если честно, у Воислава в голове никак не укладывалось, что Лыко – их предводитель – выбрал его, а не Лихобора.

— Не ищи у них ни силы, ни правды, княжич, – отозвался Лыко. – Если чего и сыщешь там, то только горе да нелепицы.

— Отцу их речи показались славными, – пожал плечами Воислав. – Кто знает, может, их помощь придётся кстати.

Да – потому что сама стая Лыко отказалась его сопровождать. Мол, недоброе время, не надо никуда идти. И зачем тогда помогли созвать люд? Спросить бы, да Лыко не признается – увернётся от ответа.

— Попрошу их облить мечи святой водой, – решительно сказал Воислав. Внешне он оставался спокойным, хотя внутри задавался вопросом: «Сдержишься ли, Лыко? Стерпишь такое?»

Тот лишь покачал головой.

— Твоя воля, княжич, – его голос был глухим и холодным. – На всё твоя воля.

Лыко спустился по ступеням, оставив Воислава одного. Даже не поклонился. Обижаться на него не выходило – стоило быть благодарным хотя бы за такую помощь. Может, волчьи братья пытались откупиться от него другими? Непохоже на них. А вдруг задумали чего? Решили переметнуться на сторону Лихобора? Кто знает! Тут никогда не угадаешь.

Воислав бросил взгляд на красные стяги, где золотился сокол, раскинувший крылья. Когда-то давно прадед – выходец с севера – отвоевал Житний Град у сводного брата, взял в жёны дочь посадника и заставил земли склониться перед новым правителем. В песнях и сказаниях кощунов он был сильным и ловким соколом, настоящим сыном Перуна. А теперь что? Разбавилась кровь. Остались они с Лихобором, да и то – последнего кружит от хмеля и железа. А он, Воислав, держится поодаль, боясь впасть в безумие следом за братом.

Отчасти поэтому он и торопился. Чтобы не только возвыситься перед отцом, но и доказать самому себе: ты – воин не на словах, ты знаешь запах битвы, ты чувствовал дыхание врагов за спиной. После такого никто не посмеет укорить Воислава в трусости, дёрнуть злым языком, мол, недостоин ты, княжич, жизни не видел.

Желание, настигшее его на пиру, вернулось. Иногда он даже видел, как его руки становятся волчьими лапами, а из груди рвётся вой, пробирающий до костей. Задавить бы кого-нибудь, а лучше всего – Лихобора.

Воислав широкими шагами пошёл к спальне – подальше от чужих очей. Сквозь сжатые зубы рвались ругань и рык. Он не понимал, откуда столько злости, но был уверен: во многом дело в брате. Не в том ли причина, что отец всегда выделял его? О, как они были похожи! Оба обожали пировать вместе с воронами и зажимать невольниц или сенных девок по углам.