Книга Близнецы из кристалла, страница 41 – Гарриет Манкастер

— Самый подходящий дворец для принцессы! – сказала Виктория-Стич Звездинке, расслабленно откидываясь на край ванны из лунного камня с ножками в виде дракошкиных лап. Она выглянула в одно из высоких стрельчатых окон и самодовольно улыбнулась, глядя, как идущие по бульвару висклинги то и дело останавливаются и подолгу глазеют на её новый дом. Несомненно, эта идея оказалась куда лучше любых планов Урсулины. Никакого риска и гораздо веселее. Она сумела привлечь к себе внимание. Показала всем и каждому, что она истинно королевская особа! Даже сам лорд Астрофель изволил её заметить. Прислал ей письмо с просьбой явиться к нему и объяснить, как ей удалось оплатить столь дорогостоящий дворец. Но Виктория-Стич тут же вышла на балкон, разорвала эту писульку на мелкие клочки и сбросила на улицу вниз как конфетти.

Чувствуя себя по-настоящему счастливой, она глубже погрузилась в душистую пену. Всё шло прекрасно. Висклинги останавливали её на улице, а некоторые даже стучались в её двери, заинтересовавшись новым дворцом и желая узнать побольше о его обитательнице. И, разумеется, история о малышке, рождённой из алмаза, производила на них очень сильное впечатление.

Была лишь одна мелочь, которая никак не давала Виктории-Стич покоя, не переставая свербеть где-то в глубине её сознания.

Селестина.

Прошёл уже целый месяц, а Селестина так ни разу и не навестила её. Между сёстрами по-прежнему сохранялся холод и отчуждение, и от этого Виктория-Стич чувствовала внутри неприятную пустоту. Ну ничего, утешала она себя. Как только Селестина услышит, что висклинги поддерживают её притязания на королевский трон, сестра снова будет с ней рядом.

Или… нет?

Селестина проснулась в своём жилище на вершине дерева, где размещалась мастерская Позолота, и бодро поднялась с кровати. Она всё ещё не могла до конца поверить, что всё сложилось так удачно: её взял к себе ученицей сам мастер Позолот! Быстро одевшись, она сбежала по лестнице вниз. Позолот уже сидел за прилавком и внимательно читал утреннюю газету.

— Доброе утро! – поздоровался он. – Как спалось?

— Прекрасно, спасибо, – ответила Селестина. – А вам?

— Ммм, – невнятно промычал в ответ Позолот, явно думая о чём-то другом. Что-то в газете приковало к себе его внимание. Селестина заглянула ему через плечо – и её сердце пропустило удар. Целую страницу газетного разворота занимало изображение нового дворца Виктории-Стич под броским заголовком «Уродливое пятно разрушает очарование Чароручья!». Селестина с трудом сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Она уже давно с нарастающим беспокойством наблюдала, как Виктория-Стич возводит свой «дворец». Город всё полнился слухами о её сестре: кое-кто из висклингов, похоже, был готов поддержать её притязания, но большинство скорее смеялись над ней или жалели её.

— Здесь даже приводится заявление королевы, – сказал Позолот, ткнув пальцем в страницу. – И лорда Астрофеля. Они недовольны тем, что эта самая Виктория Снич вызывает раскол среди висклингов. Она нарушает гармонию.

Сердце Селестины зачастило, когда она через плечо Позолота мельком проглядела газетную статью. Всё это время она старалась обособиться от Виктории-Стич, но чем дальше, тем труднее было не обращать на неё внимания. Сестра даже обрела сторонников, которые полностью поддерживали её устремления. А её дворец, мрачный и колючий, сразу бросался в глаза – как чёрный шип среди нарядного великолепия всего остального Чароручья.