Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 11 – Марина Исайр

Миранда подошла к стойке и обнаружила раскрытую книгу с чистыми страницами. Рядом лежало перо. Рабочий инструмент выглядел менее надёжным, чем привычная ручка, но выбирать не приходилось.

Она взяла перо и посмотрела на мужчину.

— Начнём с простого. Как Вас зовут?

— Я не собираюсь заполнять брачную анкету.

Миранда едва не ответила, что тоже не собиралась сегодня умирать, но вовремя сдержалась.

— Пока это не анкета, — ровно пояснила она. — Я пытаюсь понять, почему дом заманил Вас внутрь и отказывается выпускать. Кроме того, имя позволит мне обращаться к Вам без постоянного «господин с мечом».

Страж несколько секунд молчал, не сводя взгляда с запертой двери и, судя по напряжению в плечах, всерьёз оценивая, не проще ли будет выбить её силой. Наконец он оставил ручку в покое и неохотно представился:

— Маркель Дорн, капитан городской стражи.

Миранда едва успела повторить имя про себя, как зажатое в её пальцах перо самостоятельно наклонилось к странице. Чернильное остриё коснулось бумаги и без её участия вывело ровными буквами:«Маркель Дорн». Она вздрогнула от неожиданности, но перо не выпустила, лишь крепче сжала его и настороженно посмотрела на появившуюся запись.

Миранда Александрова ещё не приняла новый мир, чужое тело и имя Мираны Роун, не стала хозяйкой дома лишь потому, что так написала умершая женщина, и точно не поверила в судьбу, магию или предназначенные свыше пары. Она просто задала первый понятный вопрос и уцепилась за знакомую работу, потому что иногда единственный способ не развалиться — начать с того, что умеешь.

Страница под именем едва заметно потеплела, а затем на ней начали проступать новые строки. Сначала появился возраст, следом — должность, семейное положение и несколько пунктов, которые приличная анкета никогда не позволила бы себе без письменного согласия клиента:

Тридцать два года.

Капитан городской стражи.

Не женат.

Спит мало.

Упрям.

Считает одиночество удобной привычкой.

Боится возвращаться в пустой дом.

Маркель прочитал последнюю строку и заметно побледнел, хотя почти сразу взял себя в руки. Его лицо снова стало жёстким и непроницаемым, но Миранда слишком долго работала с людьми, чтобы не заметить короткой трещины в этой тщательно выстроенной защите. Перед ней уже не просто стоял раздражённый капитан, которого заманили лживой вывеской. Кто-то без разрешения вытащил наружу то, о чём он, возможно, не признавался даже самому себе.

— Это Вы написали? — спросил Маркель, и его голос стал тише, но от этого прозвучал ещё опаснее.

— Нет, — ответила Миранда, осторожно отпуская перо. Оно осталось лежать на странице совершенно неподвижно, словно только что не нарушило сразу несколько правил конфиденциальности. — И я бы предпочла, чтобы книга не делала подобных выводов без разрешения человека, которого они касаются.

Страница зашелестела, и внизу появилась короткая приписка:«Он всё равно знает». Миранда нахмурилась, но спорить с книгой всё же продолжила, потому что после десяти лет работы с семейными конфликтами не могла спокойно смотреть, как чьи-то личные переживания выставляют на всеобщее обозрение без малейшего согласия.

— Знать и быть готовым это обсуждать — не одно и то же, — заметила она, обращаясь к книге, однако под первой фразой тут же возникла вторая:«Обсуждать полезно». — Иногда, — возразила Миранда. — С тем, кому человек доверяет, и желательно не при коте, камине и мебели, способной перекрыть выход.