Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 2 – Марина Исайр

Миранда медленно закрыла документ на экране и указала клиентке на кресло.

— Проходите. Чай, вода или обещание не писать ему хотя бы ближайшие полчаса?

Женщина всхлипнула и виновато достала телефон.

— Я уже написала.

— Тогда телефон положите на стол, желательно экраном вниз, чтобы мы обе не видели его ответы. Папку тоже давайте. Начнём с того, что именно Ваш муж считает своим.

Через час выяснилось, что своим муж считал всё: квартиру, машину, деньги на общем счёте, дачу, диван, кофеварку, свадебные фотографии и терьера, который, судя по выражению морды, сам считал мужа ошибкой молодости. Миранда несколько раз останавливала клиентку, когда та порывалась отправить очередное голосовое сообщение, аккуратно раскладывала документы по датам и методично отделяла реальные требования от угроз, написанных в состоянии оскорблённого достоинства. Когда женщина наконец ушла, крепко прижимая к себе папку и собаку, кабинет показался непривычно тихим.

Миранда откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и на несколько секунд позволила себе ничего не решать. Голова болела, кофе окончательно остыл, а на экране уже мигало новое письмо с темой: «Срочно!!! Брачный договор, но мы любим друг друга».

Она открыла один глаз и посмотрела на три восклицательных знака.

— Конечно, любите, — сообщила Миранда пустому кабинету. — Поэтому и «срочно».

Она потянулась к чашке, но пальцы не попали по ручке. Мир едва заметно качнулся, будто кто-то задел стол, хотя кроме неё в кабинете никого не было. Миранда нахмурилась, упёрлась ладонью в край столешницы и медленно выдохнула, решив, что виноваты недосып, холодный кофе и слишком долгий разговор о кухонных полотенцах. Однако качнуло снова — сильнее. Строки на экране поплыли, лампа вытянулась в размытую золотую полосу, а по затылку прошёл неприятный холод.

— Только не инсульт, — пробормотала она с досадой, пытаясь подняться. — У меня завтра суд.

Ноги не послушались. Пол внезапно ушёл из-под них, но падения Миранда почти не почувствовала. Не было ни тоннеля, ни ангельского хора, ни строгого голоса свыше, который перечисляет хорошие поступки и просроченные налоговые декларации. Осталось лишь ощущение, будто невидимая рука схватила её за воротник и резко выдернула из собственной жизни — из кабинета, из дождливого города, из привычного тела, из завтрашнего суда и непрочитанных писем.

Последней мыслью была нелепая тревога о том, что соглашение со сковородками так и осталось открытым на экране.

Потом стало темно.

Очнулась она от запаха лаванды — сладкого, свежего и совершенно неуместного для человека, который точно помнил последние секунды своей жизни. Некоторое время Миранда лежала неподвижно, не открывая глаз, и пыталась собрать происходящее в понятную последовательность. Кабинет. Головокружение. Пол. Темнота. Значит, либо её успели найти и доставить в больницу с чрезмерно ароматизированным постельным бельём, либо всё происходящее было последней вспышкой сознания, в которой мозг почему-то решил окружить её лавандой.

Под щекой хрустела прохладная наволочка, матрас был слишком мягким, а где-то неподалёку мерно тикали часы. За окном пели птицы. Не шумели машины, не хлопали двери соседних кабинетов, не звонил телефон. Ни одного знакомого звука.

Миранда медленно открыла глаза.