Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 64 – Сергей Карелин

— Сейчас семнадцать ноль-ноль, — ответил тот, — вы долго были в отключке, молодой человек, а для понимания тяжести нашей ситуации я уже вызвал человека.

— Врача?

— Нет. Официально врача нам вызывать нельзя: он обязан зафиксировать ножевое ранение, а после сегодняшней ночи это будет как громкий крик «Мы здесь». Так что к нам приедет мой человек, не задающий лишних вопросов.

— Хорошо иметь таких людей.

— У меня профессия такая знать нужных людей и платить им столько, чтобы они хорошо делали свое дело и молчали. — наставительно заметил мой собеседник.

Через десять минут в квартире появилась женщина лет пятидесяти. Невысокая, крепкая, с короткими седыми волосами и таким лицом, что с ней не хотелось спорить еще до начала разговора. В руках она держала медицинскую сумку.

— Где пациент? — спросила она с порога.

— Здесь, Нина Павловна, — сказал Пономарев.

Она подошла, окинула меня профессиональным взглядом и сразу поморщилась, потом скомандовала:

— Помогите снять с него рубашку, а ты, герой, не дергайся, тебе пока это противопоказано…

С помощью Алены я разделся по пояс. Нина Павловна аккуратно сняла старую повязку, и я по ее лицу понял, что ничего хорошего там нет.

— Кто вас так перевязывал?

— Я сам.

— Видно, — недовольно проворчала она, — Еще раз с такой повязкой побегаете — кишки в руках понесете.

— Обнадеживающе, — вырвалось у меня.

— А я приехала не для того, чтобы вас обнадеживать, — отрезала женщина.

Да уж. Суровая, ничего не скажешь. Но как выяснилось, свою работу знала отлично.

Она работала быстро. Промыла рану, обработала края, наложила какую-то жгучую мазь. Я едва не выругался, но сдержался. Потом стянула все свежей повязкой так туго, что стало трудно дышать.

Перед глазами вспыхнула знакомая табличка.

Состояние: ослаблен

Здоровье: 63%

Туманная регенерация: не активна

Рекомендация: покой 24–36 часов

Я закрыл глаза. Двадцать четыре часа, ну конечно. А у нас, по словам Пономарева, максимум сутки, а то и меньше.

— Жить будет? — спросил адвокат.

— Если не будет снова бегать, то да, — ответила Нина Павловна. — Но ему нужен покой, нормальный сон и еда. Ну и не меньше суток без резких движений.

— Мы постараемся.

— Вот это ваше «постараемся» мне уже не нравится, — покачала она головой.

Потом собрала инструменты, бросила использованные салфетки в пакет и строго посмотрела на меня, а следом на Пономарева. Мне показалось, что адвокат даже вздрогнул от этого взгляда.

— Температура поднимется — сразу звоните, — отчеканила она, — Повязку менять вечером. Справитесь?

На этот раз взгляд был адресован Алене. Та кивнула.

— Если кровь пойдет снова, не геройствовать, звонить мне. Понятно?

— Понятно.

— И почему я в это не верю?

С этими словами она ушла на кухню мыть руки, а потом также быстро покинула квартиру. Пономарев проводил ее до двери и вернулся.

— Суровая женщина, — сообщил я ему.

— Суровая. Зато хороший специалист, который не задает лишних вопросов. Мне надо сделать несколько звонков, оставляю вас наедине, — добавил он и вышел из комнаты, доставая телефон.

Алена все это время молчала, а когда Пономарев вышел, села рядом и тихо произнесла:

— Спасибо.

— За что?

— За то, что пришел и вытащил меня. Я уже начала терять надежду…

Я положил свою ладонь на ее и улыбнулся.