Книга Наследник Тумана. Том 2, страница 67 – Сергей Карелин

— Что именно?

Пономарев посмотрел на меня.

— Боровиков лично оформлял вам временное свидетельство защиты после истории с Тулой?

— Да.

— И лично сказал, что все заказы через него?

— Да.

— Тогда он поймет, если я скажу: «Человек с вашим временным свидетельством не дошел до архива». Для постороннего это бессмыслица. Для него — намек. Если он умен, а он не дурак, то сразу свяжет это с вами.

Я задумался.

Да, вот это уже похоже на правду. Боров сам дал мне бумагу после проблем с Маковецким и сейчас должен был получить уведомление о моей гибели.

«Не дошел до архива» — значит, мертвый проводник не совсем мертв. Оно-то понятно, но есть еще Мила. Она тоже на дружеской ноге с Боровом, как я понял, и кто его знает, поделится ли тот с ней этим секретом. Придется рассказать о Шелест Пономареву.

— Если мы используем этот контакт, — произнес я, — мне надо кое-что вам рассказать.

— Интересно, — Пономарев взял стул и устроился рядом с Аленой, — внимательно вас слушаю.

Я коротко рассказал ему о Миле, ее поступке и ее отношениях с Боровом, которые явно, на мой взгляд, выходили за пределы обычных служебных отношений.

— Хм, — задумчиво произнес тот, когда я закончил свой рассказ, — не думаю, что это станет проблемой. Но хорошо, что вы рассказали об этом. Думаю, что он бы и так не стал распространяться, но в любом случае я предупрежу его, что все происходящее осталось только между нами. Но… — он вопросительно посмотрел на меня, — вы собираетесь отомстить этой женщине?

— А к чему вопрос? — не понял я.

— К тому, что сейчас нет времени для мести.

— Я это понимаю, — заверил его.

— Тогда не вижу проблем, — пожал он плечами. — Связываемся с Боровиковым?

Алена посмотрела на меня.

— Ты ему доверяешь?

Я задумался. После всего, что случилось, слово «доверяю» стало опасным.

— Скажем так, Боров уже помогал. И он не любит, когда трогают его проводников.

— Официально вы мертвы, — напомнил Пономарев. — И он точно не связан с Волконскими никаким боком.

— Хорошо, давайте попробуем. В конце концов, что мы теряем?

Адвокат подошел к столу, достал из внутреннего кармана маленький блокнот, потом взял с полки старый телефонный аппарат. Не мобильный — обычный проводной, с защищенной линией, если я правильно понял по массивному корпусу и дополнительному блоку рядом.

— Сейчас лучше говорить отсюда, — пояснил он. — Линия оформлена на юридическую консультацию, которая закрылась семь лет назад. Если ее и будут проверять, это займет время.

Он набрал номер из блокнота, и ждать пришлось долго. В комнате стало тихо. Даже Мара перестала шевелиться.

Наконец на том конце ответили.

— Сергей Сергеевич? — голос Пономарева стал ровным, почти скучным. — Это Андрей Иванович. Прошу прощения за поздний звонок. У нас с вами есть общий вопрос по одному временному свидетельству защиты…

Видимо, Боров что-то ему сказал, и Пономарев посмотрел на меня.

— Да. По тому самому. Человек с вашим временным свидетельством не дошел до архива.

Я невольно задержал дыхание. Пономарев чуть приподнял бровь.

— Нет, официального подтверждения не требуется. Наоборот, чем меньше официального, тем лучше. У меня к вам просьба. Нужен караван. Без лишних вопросов по поводу документов и очень быстро.

Пономарев еще несколько минут говорил с Боровом, почти не меняя выражения лица. Только по тому, как он сильнее сжал трубку и как на виске у него едва заметно дернулась жилка, я понял, что разговор пошел не совсем обычно.