Книга Наследник Тумана, страница 100 – Сергей Карелин

— Князь тяжело болен, — заговорил он, когда мы снова остались одни. — Лекари уже почти не надеются. Говорят, осталось несколько недель, в лучшем случае месяц.

— То есть он умирает, — произнес я и прислушался к себе.

Горя не было. Скорее сожаление, смешанное с обидой, которую я не успел толком понять. Возможно, так отозвалась память Койота. Вряд ли он простил отца, но все-таки речь шла не о постороннем человеке.

— Да, — ответил Самойлов. — И хочет увидеть вас. Он попросил Алену связаться с вами и уговорить приехать в Москву.

— Почему через нее? Сам позвонить не мог?

— Может, боялся, что вы не станете слушать. Я могу только предполагать. Алена выполнила его просьбу и попыталась дозвониться.

Я перестал крутить бокал.

— Звонок был. Только мы почти не поговорили. Что случилось потом?

Самойлов отвел взгляд, и мне сразу не понравилась эта заминка.

— На следующий день князю стало хуже, его увезли в больницу. После этого братья забрали у Алены телефон и приставили к ней охрану.

— Она сейчас заперта в доме?

— Да. Объясняют заботой о ее безопасности, но, насколько мне известно, даже выйти за ворота ей не разрешают.

Я убрал руки со стола, чтобы Самойлов не заметил, как сжались кулаки.

— Из-за наследства? Боятся, что отец оставит ей деньги?

— Не только ей, — он наклонился ближе. — Завещание хранится у адвоката, содержание тот не раскрывает. Но ходит слух, что князь назначил наследником вас. Не просто выделил долю, а передал вам главенство в роде.

Я как раз поднес пиво ко рту и едва не подавился.

— Меня? Вы ничего не перепутали? Я даже фамилию их не ношу.

— Пользуетесь другой, но официально от Волконских не отказывались. Для закона вы по-прежнему сын князя.

— У него есть старшие сыновья. Разве он может оставить род младшему?

— Может, хотя это вызовет скандал. Обычно наследует старший, но последнее решение все равно за главой рода. Именно поэтому Дмитрий так нервничает.

Я поставил бокал и откинулся на спинку стула. Наследство одного из богатейших родов Империи плохо сочеталось с моей нынешней жизнью. Заводы и земельные владения вместо очередного каравана. Было бы заманчиво, если бы вместе с ними не прилагались родственники, уже державшие сестру под замком.

— Теперь о вас, Глеб. Кто попросил меня найти и что вы должны передать?

— Алена, еще до того, как у нее отобрали телефон. Я дал ей магическое обещание выполнить просьбу.

— Насколько серьезное обещание? Вы могли отказаться?

Самойлов покачал головой.

— После того как дал — уже нет. Я обязан был найти вас и передать слова князя без искажений. Вот и передаю: Александр Сергеевич Волконский просит вас приехать к нему в больницу. Он хочет поговорить с вами, пока еще может.

— Хорошо, я услышал. Это все?

Он помедлил, затем достал из кармана сложенный лист.

— Нет. Позже со мной связались от имени ваших братьев. Им тоже понадобился посредник.

Я посмотрел на бумагу, но брать ее не стал.

— И вы согласились поработать на обе стороны?

— Не совсем по своей воле, — Самойлов разгладил сгиб. — Отказаться мне не позволили. Они умеют объяснять, почему лучше выполнить поручение.

— Что им нужно?

— Ваш отказ от наследства. Полный, чтобы после смерти князя вы уже ни на что не претендовали. За подпись готовы заплатить триста тысяч рублей.