Книга Волчий клан 3, страница 8 – Валерий Муллагалеев

Быстрым шагом, больше похожем на военный марш, он приблизился к Рюмину.

— Ты что здесь устроил, Корнилий? — проговорил он отрывисто. — Позоришь меня у всех на глазах.

Рюмин уставился на него с ухмылкой. Голос его чуть заплетался, но глаза горели безумной бодростью.

— О нет, папа. Я всем покажу, какой я великолепный боевой маг! Ведь кураторство в роте солдат столь многому меня научило! Я умею огненной волной очищать одежду от вшей!

— Да ты пьян.

Граф Рюмин обернулся к Свиридову.

— А вы, барон? Вы же видите, что у моего сына стихийное умопомешательство.

— Не принимается, ваше сиятельство, — процедил Свиридов. — Это помешательство иного рода. Этот убл… Виконт Рюмин засунул свое… лицо в декольте моей жены. Я требую сатисфакции в виде дуэли и никак иначе!

— Стадо свине-е-й, — пропел Рюмин тоном соблазнителя. — Подумай еще раз, барон.

Граф Рюмин отвесил Корнилию пощечину.

— Заткнись, идиот! Решается вопрос твой жизни и смерти.

Инесса ахнула, вцепилась мне в локоть. Рюмина не оскорбила прилюдная пощечина. Он впал в гнев от другого.

— Хватит за меня решать! — рявкнул он. — Ты мне не указ. Насрать мне на твое решение, понял, граф?

От такой наглости вздрогнул даже Свиридов. Перевел удивленный взгляд на графа Рюмина. Тот молчал.

— Чего молчишь? — сказал Рюмин. — Тоже вызовешь меня на дуэль?

Меня поразило самообладание графа Рюмина, учитывая его огненную натуру. Он сунул руку в нагрудный карман огненно-красного сюртука. Достал оттуда золотую монету, продемонстрировал Корнилию.

— Помнишь, что это? — спросил он.

— Рюминская монета, — ухмыльнулся Корнилий. — Ты в замешательстве, отец? Хочешь обратиться к мудрости Рюма Алого?

— Да, Корнилий. Если выпадет голова, я тебя прощу. Если решка — ты будешь изгнан из рода и я не буду против твоей дуэли с господином Свиридовым.

— Дамы и господа! — воскликнул Корнилий. — Внимание, фокус! Мудрый отец решает судьбу сына броском монетки!

— Рюминская монета никогда не ошибается, — сказал граф Рюмин спокойно, но его голос услышали все.

С этими словами он подкинул монету. Подкинул высоко, словно желая отсрочить момент решения. Монета взлетела к потолку на несколько метров. Весь зал проводил ее взглядом.

В глазах Корнилия блестел глумливый огонек с оттенком безумия. Я бы не удивился, если бы он сейчас сшиб монету в полете и с хохотом бросился с балкона. Но он тоже был заинтригован.

Граф Рюмин поймал монету. Медленно вытянул перед собой сжатый кулак. Все затаили дыхание.

Пользуясь моментом, я подошел к ним. Граф хмуро глянул на меня, но ничего не сказал.

— Чувствуешь дежавю, Лютиков? — осведомился Рюмин.

— Какой же ты дурак, — прошептала Инесса.

— Павел Креславович, — раздался сухой каменный голос. Граф Каменский возник из толпы и медленно приблизился к нам. — Все стали свидетелями вашего решения. Какой бы ни был ответ монеты, вам придется ему последовать. Но в вашей воле не раскрывать ладонь и решить вопрос по-другому. Обсудить всё, пока еще не поздно.

— Благодарю за совет, ваше сиятельство, — сквозь сжатые зубы проговорил граф Рюмин, и только сейчас, вблизи, я увидел, что его зеленые глаза, в которых обычно мелькали ироничные искорки, теперь целиком залил белый огонь. — Но я устал от разговоров.

Он разжал пальцы, демонстрируя нам монету.