Книга Стример, страница 38 – Валерий Муллагалеев

НИМ: Конечно – в игре снимаются запреты и условности, игрок может не сдерживать себя.

С.Д.: И компенсирование – это не всегда агрессия. Кто-то, напротив, ищет спокойной игры, отдыхая от напряженной работы. Компенсирование всегда однобоко и проявляется ради достижения личностного баланса. Но, как я сказал, это одна сторона и лишь часть игроков. Некоторые предстают в игре практически точной своей копией и продолжают придерживаться личных принципов. Их поступки полностью идентичны поведению в реальности. Кто-то может назвать этих людей лишенными фантазии, но мне кажется, это показатель самореализованного человека, нашедшего себя.

НИМ: Какие еще модели поведения вы выделяете?

С.Д.: Как юнгианец, не могу не заметить проявление архетипов. Образы бессознательного воплощаются в виртуальности. Так мужчины играют за женских персонажей – я думаю, это проявление Анимы. Вам будет интересно, что у многих игроков персонаж становится воплощением их Тени – фундаментального архетипа. Здесь дело уже не в компенсации неудовлетворенных желаний, а в персонализации своей темной стороны. Это яркие и драматичные процессы.

НИМ: С этой точки зрения, как "Сандарум Онлайн" может повлиять на игрока?

С.Д.: Так же, как зеркало, которое в один прекрасный день заговорит с вами. Игра, любой вид игры, – это творческий процесс, и игрок всегда встречается с самим собой. В "Сандаруме" все содержимое личности игрока приобретает контраст, проходит проверку. Даже наши актеры – это не случайные люди по найму, а те, кто погрузился в игру с головой и сделал ее частью своей жизни.

Интервью с Сергеем Дедаловым, ведущим геймдизайнером FVR-MMORPG "Сандарум Онлайн", часть 3/7

Я пересек остаток леса без приключений, чему безумно радовался. Я устал, распластанное в кресле тело ныло, как будто я действительно провел несколько часов в седле. Забавным образом мои усталость, голод и желание спать целиком совпадали с положением моего персонажа. Кстати, скачка увеличила Ловкость до 18 пунктов.

Тяжелая ночь позади, теперь за спиной осталась и кромка леса – я выехал на проселочную дорогу, утрамбованную до состояния камня. Пыль поднималась облачками под копытами лошади и оседала на жестких стеблях травы у обочины. Вокруг простирались зеленые равнины с полями, виноградниками и домиками ферм. Крутила лопастями каменная мельница, вдалеке я заметил железнодорожные пути.

По дороге ездили торговые обозы, попадались одинокие конные и пешие путники. Конные гвардейцы регулярно патрулировали тракт. Едва я видел их синие мундиры и высокие киверы с полированными кокардами, как тут же чувствовал себя в безопасности. Эти суровые усатые солдаты были в среднем тридцатого уровня и ездили по двое, кавалерийские карабины выглядели грозно – хотел бы я глянуть на характеристики.

Указатель сообщил, что поблизости расположен город Роан. Наконец-то! Запас сил у лошади немного восстановился, и я перешел в галоп. Вскоре передо мной встала старинная крепостная стена, окружающая селение. Крупные каменные глыбы, поросшие у основания мхом, глубоко погрузились в землю, как упавший в болото кирпич. Ров засыпан и накрыт дощатым настилом, ворота распахнуты. Рядом со створкой росло вековое дерево, которое не дало бы ей закрыться. Стена в некоторых местах осела и обвалилась, но между зубцами я заметил воинов в знакомых кирасах орденских рыцарей. Развевались флаги с чашей Луарции, звездой Культа баалов и рыцарскими гербами.