Книга Стример, страница 41 – Валерий Муллагалеев

Толпа роптала, кто-то хлопал, кто-то свистел. Я спросил Уинслоу:

— Он пьян?

— Если бы, – вздохнул драматург. – В свое время сэр Ален как раз споткнулся на получении зеленого перстня. Искусство гедонии оттолкнуло его, и он стал изучать историю зарождения рыцарства и учение о Пути. Пожалуй, он родился не в те времена. – Уинслоу цыкнул зубом и улыбнулся, отстраненно глядя на сцену. – Это полезное качество для артиста исторических пьес. Жаль, что он подхватил реформаторские идеи.

На сцене сэр Ален продолжал речь:

— Мы ставим пьесы о Четвертой эпохе, но этим событиям почти тысяча лет. А что же сегодня? В нашу эпоху нет рыцарей, о ком можно поставить героическую драму. Почти нет. Я написал пьесу "Триумф сэра Арчибальда". Если хотите чего-то настоящего, возрождения…

На сцену выбежал невысокий мужчина с бакенбардами. С угрозами вперемежку с умоляющими жестами он уволок мятежного артиста за кулисы. Напоследок сэр Ален успел поклониться.

По толпе прошелся гул, радость смешивалась с возмущением, но никто не расходился. Я поблагодарил Уинслоу Харри за беседу и поспешил в палатку уличного театра, расположенную за сценой.

Солнечный свет сменился сумраком шатра. Здесь стояли вешалки со всевозможными костюмами, по большей части потрепанными, и стеллажи с реквизитом. По пути мне встретились молодые парни, одетые в черные подштанники и рубахи. Судя по сниженному запасу здоровья, это были недавние приспешники лорда Ашиля. Они возмущенно переговаривались и жестикулировали, рядом валялись сброшенные черные доспехи. Я украдкой посмотрел показатели брони. Как и ожидалось, полный хлам с защитой 2 пункта. Мечи обладали пониженными характеристиками, сильно уступали в скорости моей шпаге. Должно быть, сэр Ален неплохо фехтует, раз нанес такой палкой ощутимый урон.

Я прошел вглубь палатки. Из открытых окошек просачивался дневной свет, у одного из них стояло трюмо с разбросанными по столешнице принадлежностями для грима. Сэр Ален не переоделся, сидел в кирасе и бордовом плаще, уперев локти в стол и закрыв лицо ладонями. Ко мне подошел мужчина с бакенбардами и осведомился, что я здесь забыл. Я ответил, что пришел к сэру Алену. Драматург смерил меня взглядом и, обронив "Давно пора", удалился.

— Доброго дня, сэр Ален. Меня зовут сэр Карахан, – сказал я.

Рыцарь повернулся ко мне, я увидел красивое лицо с резкими чертами. Увенчанный бородкой острый подбородок выдавался вперед, обгоняя нос. На вид мужчине было немного за тридцать. Увидев, что я рыцарь, он поморщился.

— Чем обязан... сэр?

— Я привез посылку от сэра Бартомеу.

Сэр Ален вскочил, опрокинув стул.

— Как поживает мой кузен? Я слышал тревожные слухи!

— К сожалению, не располагаю информацией. Я прибыл в Роан только что. Получите, распишитесь.

— Расписаться? – нахмурился сэр Ален. Увидев, что я достал шкатулку, он замахал руками и сказал: – Спрячьте немедленно! Здесь кругом злые уши и глаза, которые потом превращаются в злые языки.

— Давайте уйдем, – сказал я, пожав плечами.

— Непременно. Но придется подождать. У меня еще одно выступление, я не могу взять шкатулку на сцену и не могу оставить в гримерке.

— Хватит на сегодня пьес. Мне кажется, постановщик недоволен.

— Плевал я на него. Меня ждет публика, я не могу ее подвести. Еще одно выступление, добрый сэр. Пока мне не запретили играть, я должен играть!