Книга Обнулённый 5, страница 82 – Макс Гато, Виктор Рэн

— «Ни нам, ни нашим детям», — прочитала она вслух. — Не «мне». Не «моему дому». Нам.

Лилиана скомкала бумажку и кинула ее на землю. В ее серых глазах разгоралась буря.

— Он был не один, Кас, — сжала кулаки она. — Кто-то еще помог ему избавиться от…

Она запнулась, явно не желая произносить имя нынешней баронессы вслух.

— Я думал о том же, — тихо проговорил я.

— Кто?

— Не знаю, — я развёл здоровой рукой. — Я в Крассе совсем недавно. Я не знаю ни кто с кем в родстве, ни у кого какие счёты, ни что тут происходило десять зим назад. Всё, что я знаю про твоего отца, я знаю от тебя и от Бенджи.

Лилиана насупилась и потерла виски.

— Препятствием чему она могла быть, — сказала она. — И как появилась спустя столько лет.

— Первый вопрос важен, и ответа на него у меня нет, — ответил я. — А на второй вопрос ты узнаешь ответ в Косинце.

— Я могу придумать четыре причины, — продолжила Лилиана. — И ни одна из них не кажется мне логичной, потому что я не знаю, что происходило между домами в тот год. Меня в такие вещи не посвящали. А когда я подросла, отец уже ничего не обсуждал ни со мной, ни с матерью.

Она вздохнула и покачала головой.

— Кейран знал, — сказала она. — Знал, но ничего не делал. Только меня усадил в это дурацкое кресло. А самое важное спрятал в подвале и зашифровал место так, чтобы дошло только до меня.

— Не только до тебя, — произнес я. — До человека, который сумел бы разобрать шифр.

Лилиана посмотрела на меня и глаза у нее стали чуточку шире.

— Кас, — произнесла Лилиана. — Его арестовали. Его арестовали вместе с отцом, и обвинили в связях с Братством. А что, если Беатрис правила уже тогда? И поймала их совсем не за это?

У меня не было четкого ответа на вопрос. Вводных было слишком мало. Я протянул здоровую руку и накрыл ее ладонь.

— Я не знаю, что хуже, — сказала она.

Мы просидели молча довольно долго. Снаружи ходили люди, где-то смеялись у костра, кто-то перекликался у коновязи. Лагерь жил своей жизнью и понятия не имел, что происходит в шатре Блэквудов.

— Есть мысли, что делать дальше? — спросил я и убрал руку. — Так или иначе, ты теперь глава дома Блэквуд.

Лилиана поджала губы.

— Пока нет. Вообще ничего не клеится.

Она оттолкнулась от стола и наклонилась, подобрав с земли скомканный клочок бумаги с признанием.

— Можно, я оставлю его себе? — спросила она, прижав бумагу к груди. — Мне не нужны вещи Беатрис. Не после того, как… не после всего. Но тут его почерк. У меня от него почти ничего не осталось.

— Забирай, — повел плечом я.

Мне не было больше толку от секрета в этой бумажке. Я все равно собирался убить Иеремию, а не вставать на ее сторону.

В ответ Лилиана протянула мне оборванную цепочку с подвеской и я убрал ее за пазуху. Она одернула платье, набрала в грудь побольше воздуха и тяжело выдохнула. И переключилась на рабочий лад.

— Кас, послезавтра собрание, — деловым тоном заявила Лилиана. — Уже скоро мне придется слушать Беатрис в малом зале. Более того, мне придется не просто слушать. По правилам все главы домов высказываются по старшинству, и отказаться нельзя.

Лилиана начала ходить по шатру из стороны в сторону, и у меня слегка зарябило в глазах. Я сосредоточился на столе рядом с собой, чтобы унять рябь.

— И что бы я ни сказала, это будет услышано так: вот дочь казнённых изменников, которую баронесса помиловала три дня назад. Теперь послушаем, чем она отплатит за такую услугу.