Книга Заполярное и дорожное вдохновение. Дневники в стихах и прозе, страница 157 – Николай Ловелиус

Без всякого на то поручения я вёл протокол всех обсуждений и вечером обрабатывал текст и раздавал на утро итоговый документ. На третий день предстояло обсудить итоги работы и определить имя директора организуемого Центра. Но прежде чем началось совещание, меня пригласила Ольга Юрьевна в кабинет Н. А. Фокина и сообщила, что после консультаций со специалистами принято решение назначить меня директором Центра; я дал согласие. Мудрость её как организатора проявилась и в процессе ведения собрания. Собравшимся предложили две кандидатуры: доктора наук из Москвы П. X. Зайфудима и Н. В. Ловелиуса. Когда была назвала моя фамилия – зал зааплодировал. Затем последовало обсуждение кандидатур. Московского профессора рекомендовал Алексей Николаевич Тихонов (Зоологический институт РАН, Санкт-Петербург), а меня – Василий Александрович Забродин (бывший директор Института сельского хозяйства Крайнего Севера, Норильск) и Николай Кузьмич Верещагин (Зоологический институт РАН, Санкт-Петербург). Итоги обсуждения Ольга Юрьевна попросила подтвердить голосованием, и при абсолютном большинстве голосов моё состоявшееся ранее назначение было закреплено официально.

Первоначально Центр планировали разместить в Хатанге, но когда глава администрации Хатангского района Н. А. Фокин и председатель сельского совета Хатанги А. И. Медведников не смогли решить проблему места его размещения, было принято решение администрацией ТАО перенести Центр в Дудинку.

В ожидании вызова мне пришла мысль посадить на пустыре около школы сад из лиственницы. Эту идею поддержала директор школы, и во время уроков биологии старшеклассники (за её обещание разрешить провести в школе две дискотеки) под моим руководством с большим энтузиазмом приготовили лунки и посадили деревья, привезённые авиаторами. Молодые лиственницы были взяты между двумя взлётными полосами аэродрома, где они уже мешали нормальной работе аэропорта. Так появился ещё один островок леса в посёлке, который со временем будет радовать глаз, как это имеет место около поселковой электростанции.

Хатанга мне была ближе других районов Крайнего Севера, т. к. здесь я начал работать в составе экспедиции Ботанического института АН СССР с 1970 года, знал каждый уголок округи и продолжал сотрудничество с государственным природным биосферным заповедником «Таймырский».

В Дудинке моя жизнь началась в гостинице и продолжалась 9 месяцев из-за отсутствия свободной жилой площади у округа. Первоначально в здании администрации мне выделили стул и половину стола у секретаря начальника управления молодёжной политики, спорта и туризма Сергея Венедиктовича Горбунова. О. Ю. Голодец ему было поручено оказывать мне всестороннюю помощь в решении организационных вопросов. И, нужно отдать должное, Сергей Венедиктович активно включился в работу по юридическому закреплению статуса Центра.

Наши взаимоотношения строились легко и непринуждённо, т. к. я знал его ещё в то время, когда С. В. Горбунов был начальником погранзаставы в Хатанге. Время было тогда иное, и к приезжим людям относились с большим уважением и вниманием, как к носителям новых сведений и знаний. Я организовывал и сам выступал с сообщениями и докладами перед пограничниками, школьниками и даже перед партхозактивом Хатангского района. Таким образом отчасти компенсировалась их удалённость от новостей из центров экономической и духовной жизни Москвы и Ленинграда. Хорошее знание людьми, чем заняты учёные, помогало нам решать все трудные бытовые и организационные проблемы, в особенности связанные с перемещением по территории района. Особое место имела взаимопомощь между многочисленными экспедициями, размещавшимися в Хатанге.