Книга Неукротимая дьяволица, страница 159 – Луна Пирс

Я был слишком труслив, чтобы выбрать легкий путь, фактически подписав договор и став убийственным психопатом до конца своих дней. Я оставил Джун в прошлом, лишь бы уберечь. А теперь посмотрите на нее. Все усилия были напрасны. Бесконечная пытка от расставания с ней преследовала меня каждый день, но это ничто по сравнению с той тоской, которую я испытываю сейчас. Осознание того, что она могла быть со мной все это время, разъедает душу. Мы потеряли время, которое уже не вернуть, и теперь я потеряю ее навсегда, потому что Доминик и Брайант не могли просто ее бросить.

Мне бы и их убить за то, что они втянули ее в эту передрягу, хотя я прекрасно понимал, какой опасности это ее подвергнет.

Я слишком долго думал и не заметил движения поблизости. Среагировал недостаточно быстро, и следующее, что я помню: что-то тупое и тяжелое бьет меня в висок, сбивая с ног и роняя на пол, как и все тела, которые я уничтожил. Веки предательски задрожали и потяжелели, пока я боролся с желанием встать и убить любого, кто сбил меня с ног.

Несмотря на все усилия, мир погрузился во тьму.

* * *

— Вы, черт возьми, не можете меня здесь держать. – Я ударил кулаком по металлической двери. Звук эхом разнесся по маленькой комнате, где меня держали. Окон нет, только один выход, через который меня, должно быть, занесли после того, как я потерял сознание.

Почему я до сих пор жив, ума не приложу.

Меня должны были убить на месте. Мне нет прощения за то, что я причинил боль хоть одному человеку в том доме. Таковы правила, и они чертовски банальны. И все же я здесь, убивший около полудюжины человек, и жив, чтобы рассказать об этом. Хотя, учитывая заточение, можно с уверенностью сказать, что легко мне не отделаться.

Они оказали бы мне услугу, если б следовали протоколу и отняли мою жизнь. Мысль о мире без Джун невыносима, я без нее не смогу. Одно дело не быть с кем-то, но все равно существовать с ним на одной планете. Конечно, паршиво, но вполне терпимо знать, что она где-то там, потенциально счастливая, здоровая и в безопасности. Но то, что ее больше нет, что мы больше не дышим одним и тем же воздухом, не смотрим на одно ночное небо, – я не смогу смириться с такой реальностью. Лучше бы умер.

Джун не просто первая любовь, она моя чертова родственная душа, которая пробуждает во мне лучшее и худшее и всегда заставляет сердце биться одновременно и чаще, и медленнее. Она редкое сочетание смелости и авантюризма, и в ней кроется мягкая сторона, которую она нечасто показывает. Джун обманывает всех, заставляя думать, что ей все равно и что ее не волнуют люди, хотя на самом деле она одна из самых добрых и бескорыстных людей, которых я когда-либо встречал. Я лично видел, как она много раз отдавала последний доллар бездомному. Однажды она перебирала свои скромные вещи, чтобы найти чем поделиться с пожилой женщиной, живущей в лесу за дисконтным магазином.

Мало кто замечает, как она ненавидит видеть чужие страдания и делает все возможное, чтобы помочь, даже если ей кажется, что это не так уж и много. Возможно, потому, что о ней никто никогда не заботился. Вместо того, чтобы позволить трудностям озлобить и очерствить ее, она развила скрытую защитную реакцию по отношению к тем, кто ей дорог.

Джун изменилась за годы, в этом нет никаких сомнений, но она все та же девочка, которая жалела меня, когда я плакал у надгробия матери. С того самого первого мгновения я понял, что Джун навсегда завоевала мое сердце. Нас сблизили общая травма и непонимание, и я не могу представить, что когда-либо снова смогу быть так близок к кому-то. Прошло почти десять лет, а я никогда не чувствовал ничего даже отдаленно похожего на ту искру, что чувствую по отношению к Джун. Я думал, что все кончено, пока не увидел ее в том баре несколько месяцев назад, когда пламя разгорелось с новой силой и стало ярче, чем когда-либо.