Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 127 – Николь Фиорина

Фэллон спала – так спокойно, так тихо и мирно.

— Теперь, кажется, все забыли, что это такое – быть викканом Северного леса.

И я какое-то время лежал рядом с ней.

— Что это, черт дери, такое? – спросил дедуля, чуть опустив очки и замерев с вилкой в воздухе.

Он смотрел в глаза – зеленый и голубой. Каспер мяукнул с подоконника, уставившись на дедушку в ответ.

— Это кот, дедуль. Ты ведь его уже видел.

— Не помню никакого кота… я б запомнил… кота… не нужен мне… кот.

— Очень жаль, потому что он у тебя есть. Уже два месяца тут живет.

Дедуля закряхтел.

— Луче б ему не ссать мне в тапки, лунный лучик, – пробормотал он, вернувшись к завтраку и кроссворду. – Приехала тут… превратила… дом… кхм…

Я улыбнулась.

— Рада, чтобы к тебе вернулась привычная бодрость.

И аппетит.

Впервые за много дней дедуля выбрался из комнаты на кухню. Поздним утром, конечно, но это все равно прогресс! Я два дня провела в постели из-за сотрясения… но, может, прыжок мой сработал? Может, удача повернулась ко мне лицом, и теперь дедуля поправится!

Вчера я уснула рядом с Джулианом. И он тоже уснул. Иногда он гладил меня по спине и по руке. Это было приятно. Утром его уже не было.

Не думала, что Джулиан останется со мной до восхода солнца, но я все же проснулась с улыбкой на губах.

Во входную дверь постучали. Дедуля снова что-то пробормотал, а я поднялась со стула.

На крыльце меня ждала широко улыбающаяся Мандей.

— Привет! – Она заглянула мне за плечо. – Чо делаешь?

— Завтракаю. Хочешь зайти?

Она указала куда-то мне за спину и прошептала:

— А Бенни тут?

— Да, заходи. Еды хватит на всех.

— Нет, спасибо. Старики меня пугают: вся эта кожа, и руки, и ноги…

Мандей вздрогнула.

Я рассмеялась.

— Тогда зачем пришла?

— Чтобы проведать тебя. – Она замерла и выдохнула. – Ладно, вру. Я знаю, что ты в порядке. Ты ведь в порядке, так? После скалы и океана…

Я оперлась о косяк и подумала о том, что сказал Джулиан. Я знала, что это была моя вина. Я сама решила прыгнуть со скалы и не ожидала, что меня побегут спасать. Но правды это не отменяло: никто и не прыгнул за мной. Эгоистично ли было на такое обижаться? Это ведь было мое решение?

— Я в порядке, – ответила я, но слова на языке казались пеплом. Ложью.

Да, я была в порядке… но в порядке ли были мы?

— Хорошо, – выдохнула она. – Потому что вчера на скалах нашли труп, и мне очень бы пригодилась твоя помощь. Знаю, на работу ты должна вернуться только завтра, но я привыкла к твоему присутствию… Да, я наверняка дерьмовый друг, раз не пришла раньше, но мне не хотелось тебя тревожить. Кажется, что ты девушка, которая не любит, чтобы ее тревожили. А я порой сильно напираю, и я над этим работаю…

— Я приду, – прервала ее я.

Лицо Мандей покраснело – за свою тираду она, кажется, не сделала ни одного вдоха.

К тому же я готова была вернуться к рутине. Прошло всего несколько дней, но я провела их в одном доме с дедушкой и – частенько – с Миной Мэй. Тут и самый ментально стабильный человек отправится в Институт для безумцев.

В глазах Мандей я разглядела облегчение.

— Ночная смена?

— Я приду.

Позади меня грохнули тяжелые двери, заходили ходуном аптекарские полки. Я огляделась, будто бы боялась, что меня отругают. Где же Агата Блэквелл? Из-за стойки показался черный пучок, а за ним – девушка. И я замерла.