Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 25 – Николь Фиорина

Джона вздохнул и попытался прервать меня.

— Фэллон…

— Дайте мне второй шанс! Я не могу просто так торчать тут и не заниматься тем, что умею лучше всего. Я так с ума сойду. Мне нужна эта работа.

— Фэллон, – повторил Джона, и на этот раз я умолкла. – Я думал, ты уехала.

— По правде сказать, я попыталась уехать. Но потом моя машина врезалась в дерево на Арчер-авеню.

— Ты в порядке?

— Да, в порядке. Просто ночка выдалась та еще.

— А теперь… что? Ты останешься?

Я кивнула.

— Я остаюсь. Я перенервничала, но больше такого не повторится. Я обычно так не делаю. У меня в голове все… – Поднеся руки к вискам, я изобразила взрыв. – Давайте забудем о том, что случилось этим утром? Начнем с чистого листа?

Художник должен рисовать, певец – петь, а я… я должна быть в бюро ритуальных услуг. Это моя страсть, мое призвание. То единственное в этом мире, что никогда не покинет меня. Не умрет.

Джона ударил кончиком пальца по подбородку, делая вид, что глубоко задумался. Я надула губы, и он облокотился о стол.

— Ладно, но это лишь потому, что ты нужна мне куда больше, чем я тебе.

Он поднялся с места, обошел стол и присел на его край.

— И я не настолько высокомерен, чтобы в этом не признаться.

— Спасибо-спасибо-спасибо! – Я рванула вперед и заключила Джону в объятья.

В нос ударил запах сельского одеколона, и я тут же осознала, как это непрофессионально с моей стороны.

— Черт, – выдохнула я, медленно разжимая руки. – Прости. Это…

— С чистого листа, – он прокашлялся и выпрямился. – Ничего не было.

Мы обменялись натянутыми улыбками. Я сделала шаг назад.

— Все окей?

Джона пригладил черную рубашку и поправил кроваво-красный галстук.

— Да, все окей. Почему бы тебе не взять выходной? Отдохнешь, а завтра начнешь все с начала?

— А Мандей со всем справится? Я чувствую себя просто ужасно. Я заметила бипер, и…

Я замолчала. Джона обогнул стол. На меня только что снизошло откровение: я бросила Мандей в лесу.

— Она ведь здесь, так? С ней все в порядке?

Джона чуть приподнял узел галстука и уселся на место.

— Мандей здесь. И она справится.

С губ сорвался вздох. Слава богу. Раньше я всегда работала одна и не могла ни на кого полагаться.

— Ты уверен? Я не против помочь. Пару часов я поспала, так что несколько чашек кофе, и…

— Фэллон, пожалуйста, – прервал меня Джона с усмешкой. – Выметайся отсюда.

— Поняла! – Я развернулась, а потом повернулась обратно и приподняла в воздух палец. – Еще кое-что. Если бы ты оставил машину на Арчер-авеню, и та исчезла, то где бы ты ее искал?

Лицо Джоны вдруг будто бы постарело лет на двадцать – столько морщин!

— Что ж, в первую очередь я бы проверил станцию рядом с городской администрацией, – начал он с плохо скрываемой осторожностью. – Она на другом конце города, рядом с баром «Вуду».

— Благодарю.

— Отдохни, Фэллон, – добавил он приказным тоном.

— Да, сэр!

Городская администрация находилась к северу от беседки: оба здания делили город напополам. Я остановилась перед большим белым зданием и посмотрела налево, на Сисайд-стрит, уходившую от Мейн-стрит: там, прямо рядом с «Вуду», притаилась мастерская. Джона не соврал.

Я проехала по пустой улице: скутер подпрыгнул на бордюре рядом с захудалого вида кирпичным зданием. В гараже прятался мой «Мини Купер»: его подняли на подъемнике, и кто-то чинил его снизу.