Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 36 – Николь Фиорина

— Нет, – рассмеялся Феникс, поднявшись с места и указав на меня снова. – Это не Джулс. Джулс ушел двенадцать лет назад. А это… я понятия не имею, кто это, черт побери, такой.

Он покачал головой и ушел.

Бек поднялся и проводил его взглядом.

— Пусть идет. Утром он все забудет. – Я поднес пиво ко рту, опрокинул бутылку и закрыл глаза.

Щит совета

Под полной морозной луной в последний месяц года 1803 снег покрыл новообретенную землю. Те, кто приплыл сюда сквозь ледяные декабрьские воды, страдали от морской болезни и жажды после изнурительного путешествия через Атлантику. Они плыли вперед лишь из-за якоря надежды – чтобы найти землю, где станут свободными. Когда до земли оставалось несколько километров, одна из женщин разжала руки, и тело ее мертвого дитя упало вниз. Ковен заставил ее выкинуть его за борт: кости его принадлежали отныне океану. Плач женщины разносился над морем, утонул в его водах. И если ты закроешь глаза, то услышишь ее рыдания, что сплелись с шумом волн еще два столетия назад.

С запада вышли из леса люди ковена Северного леса. Уставшие, они оставляли следы на нетронутом снегу. Пятеро мужчин шли впереди и с пустотой в глазах несли на рукодельных носилках погибших, тяжесть всего ковена.

Прошли дни и недели с тех пор, как они сплелись с теми, кого несли. Только так они могли двигаться вперед – спасти тех, кто еще остался.

Силы их истощались. Они жили на бруснике и грушанке и шли вперед, подальше от ведовских судов, оставшихся в месте, которое прежде называли домом.

И там, под мраморной луной, встретились Священное Море и Северный Лес. И были так истощены, что не могли сражаться. Не хотели.

Женщины приглядывали за детьми, а мужчины разожгли костер, который разделил землю. Они познали, что одинаковы, что все здесь убегают от ужасной судьбы. И два ковена заключили договор вокруг пылающего костра и сплели заклинание, которое защитит новую землю на века, закроет ее от врагов, готовых прийти извне. То был их мирный договор, их связь под законом Совета. И стихии пришли в равновесие, и ковены тоже, и наступили гармония и мир. Они обрели тихую гавань, где могли верить в то, во что хотели.

Всю ночь до самого утра – пока полная морозная луна не пролила розовый свет в самую холодную ночь года – выбирали лидеров Совета, и щит был завершен.

И оба ковена заснули, чувствуя дыхание костра на дрожащей коже. Остались лишь треск ветвей и шум волн у каменистых скал.

В лесу, неузнанные ковенами, прятались две испуганные беременные женщины. Они уже жили там и наблюдали наблюдая за пришельцами из-за деревьев, гадая, что может значить это прибытие. И в лесу они и решили остаться.

Пока шестнадцать лет спустя любопытная и упрямая девушка с волосами белыми, как снег, и глазами синими, будто аквамарин, не решила выйти из леса…

— Каждый день на поверхности – хороший день, эт я вам скажу с уверенностью, но что-то такое витает в воздухе, отчего мне не по себе. Может, дело в шторме, так что не выходите в море, морячки. Знаю, знаю, какой-то там шторм вас не удержит. Но кто я такой, чтоб судить, что вы там любите в суденышках… – Радиоведущий усмехнулся, а потом продолжил: – И это ваши «Пустые Заголовки» с Фредди Смертеутромом. Давайте начнем эту субботу с хорошей музыки…