Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 48 – Николь Фиорина

Бутик «Ох, божечки!» располагался в восточной части городской площади. В «Вуду» мы с Фэйбл легко сошлись, но с остальными сестрами особо пообщаться не удалось.

Все трое были почти погодками: разница в год-два. Они были прекрасными и очаровательными – но каждая в своем стиле.

Иви была самой старшей: с черными, словно угли, волосами до плеч. Фэйбл – самая младшая, со светлой кожей и каштановыми волосами, которые доставали ей до груди. У Адоры – средней – волосы были цвета меда. Кожа у нее была загорелая, и она показалась мне самой неприступной.

Блестящий пол разрисовали фиолетовыми, синими и черными галактиками, а стены и потолок оставались белыми. Одежда висела здесь на серебристых проводах, растянутых по стенам. На круглых столах лежали обувь, маски и украшения.

Шаги мои эхом разносились по помещению.

— Какой потрясающий пол.

— В самом деле, да? – выдохнула Адора, прижав руки к груди. – Фэйбл с комплиментами не особо дружит, но она отличная художница!

Адора чмокнула кончики своих пальцев.

Фэйбл закатила глаза: она стояла за прилавком, отрабатывала смену.

— Я просто не особо знаю, что на них отвечать, – поправила она. – Не то чтобы я с ними не дружу.

— А что вообще люди носят в День Вызова Суевериям?

— Зависит от того, собираешься ли ты бросать вызов или нет. Если собираешься, то надеваешь маску, чтобы Вселенная тебя не увидела, – пояснила Мандей.

Она держала перед собой на вытянутых руках черную кожаную куртку с шипами на плечах и критично ее рассматривала, склонив голову. Изо рта ее торчала палочка от леденца.

— Если не бросаешь, то просто напиваешься и не связываешься с суевериями. Но люди в масках смогут над тобой подшучивать, попытаются склонить на свою сторону.

— Я точно в маске пойду, – добавила Фэйбл. – Не хочу повторять прошлый год.

— О, в прошлом году чудесно получилось. – Иви рассмеялась. – Помните?

Она повернулась к Адоре: темные волосы ударили ее по щеке, словно буря. Адора, задумавшись, кивнула: она держала в руках очередную рубашку. Мой взгляд пока ни за что не зацепился.

— Значит, нужно заставить людей без масок бросать вызов суевериям. Фэйбл… – Она попыталась успокоиться. – К концу праздника Фэйбл так напилась, что произнесла тост с водой вместо алкоголя. Я подменила ее стакан. Но самое худшее… это был безумный Джаспер Эбботт.

Мандей, Адора и Иви громко расхохотались.

Но Фэйбл молчала.

— Прости, Джаспер. Это не я. Я не хотела. – Иви насмешливо изобразила Фэйбл.

— И посмотри, что с ним стало. – Фэйбл подняла палец в воздух.

— Ой, прекрати. Он ведь все еще жив, – добавила Адора.

— Не догоняю.

— Если поднять тост с водой в сторону человека – это как смерти ему пожелать, – пояснила Мандей. – Так что лучше надень маску. Лучше уж так, чтобы никто не прикапывался.

Она схватила с центра стола греческую маску и протянула ее мне.

— Эта тебе подойдет.

Она была серебристой: по краям и вокруг глаз бежали бусинки.

— Похоже, тогда буду в маске.

Если бы год назад я сказала себе, что приеду в Плачущую Лощину, чтобы ухаживать за больным дедушкой, и надену на День Вызова Суевериям маску, то ни за что бы себе не поверила.

— О, крутяк! – выдохнула Адора и дьявольски улыбнулась.

Ее длинные светлые волосы упали на одно плечо: она поднесла одежду к себе, приложив к другой руке.