Книга Рядом с солью, страница 122 – Кэтрин Ваз

Мод поцеловала Мэри и прижала ее к себе – она невыносимо пахла туберозой – и сказала:

— Джед, пойдем, ты должен познакомиться со Стюартом Трентом.

Плечи Мэри расслабились, когда Мод ушла, Джедутан последовал за ней: несмотря на социальные успехи, Мэри утомлялась доказывать, что не сбежит от этих женщин. В дальнем конце комнаты Эдвард болтал с Биллом Фарнсвортом и Огастасом Эйерсом, банкиром, и Энни Эйерс, которая была одета в простое клетчатое платье с белым воротничком и не накрашена и казалась более уверенной в себе, чем любая женщина, которую Мэри когда-либо видела. Огастас смотрел на свою жену с нежностью. Мэри узнала их из газеты, в связи с тем проклятым конкурсом эссе. Эдвард, казалось, пришел в хорошее расположение духа и сиял: «Иди, иди ко мне». Хотя Мэри не обладала королевскими талантами Мод, она отправилась в путь. На полпути к островку временного покоя рядом с Эдвардом она остановилась – увы, около Дотти Уиллис, – потому что служанка с Мадейры, несущая поднос с засахаренными грецкими орехами, врезалась в какую-то женщину, которая бросила своей спутнице:

— Эти темнокожие с острова такие неуклюжие.

Дотти заявила – Дотти, которая когда-то проповедовала, что люди должны оставаться на той земле, где родились!

— Энид, мы должны быть милосердными.

Всякий раз, когда Мэри надеялась сделать вид, что она в безопасности, ей выпадало новое испытание. Она сказала Энид:

— Если вы отойдете в сторону, ее поднос не коснется вашего драгоценного рукава.

Энид проигнорировала Дотти, но прошипела Мэри:

— Не стоит задирать свой симпатичный цветной носик.

Служанка устремила влажные глаза на Мэри, прошептав:

— Сеньора, мы все так гордимся вами. – Мэри ранее пыталась поболтать с этой девушкой, но та предупредила, что ей приказано не разговаривать с гостями, и снова поспешила уйти, прежде чем Мэри успела ответить.

Дотти прошептала:

— Энид расстроена, потому что ваша красота от природы экзотична, а она сама как кислое молоко – и по цвету кожи, и по характеру. – Мод подавала сигнал у буфета, поднимая графин, и Дотти сказала: – Я обещала Мод, что выпью вместе с ней, и вот ее светлость призывает меня. Позволите вас оставить?

Мэри сказала, что позволяет. Направляясь к Эдварду, она натолкнулась на еще один камень в лице Мейси Мози, которая перехватила Мэри и заявила:

— Кажется, брак вам к лицу. – Непристойный толчок. – Завидую тому, что вы, кажется, знаете, как себя вести в таких обстоятельствах. – Мейси подбородком указала на Мод и Дотти, выбирающих варианты спиртного, и добавила: – Но ни одна из нас никогда не достигнет уровня этих двух, правда? Мод вращается в более высоких кругах, чем все присутствующие, что ведут себя так самодовольно. Дотти пробилась туда, не спрашивайте меня как, но ее семья не из этих кругов. Ее племянник – наш скромный почтмейстер, ради бога.

Мэри покачнулась, словно ее ударили по голове. Не потому, что ее тоже можно было счесть «пробившейся» куда бы то ни было, а потому, что жестокая рана, нанесенная ей год назад, снова открылась.

— Тейлор Сигер – племянник Дотти? – сказала Мэри.

— Да. Сигеры работали на скотобойнях на севере. Некоторые сбежали. – Мейси пригладила тугие кудри, жалуясь на жизнь бакалейщицы: на свою предрешенную судьбу с тех пор, как она унаследовала магазин от родителей.