Книга Галерея Москва. Шедевры знаменитых мастеров на улицах столицы, страница 28 – Виталий Калашников

Для Марии Сокол Иван Машков придумал пятиэтажный дом в стиле венского модерна. Плавных линий по минимуму, много ритмики, чёткости. И обязательное украшение – декоративное панно на аттике. Придумать сюжет приглашается художник Николай Сапунов.

Сапунову тогда только исполнилось 23 года. Но в творческом котле, в котором тогда варилась московская интеллигенция, он уже являлся довольно заметной персоной. Его учителями были Левитан, Коровин и Серов. В эпоху, когда в городе один за другим открываются новые театры, Сапунов занимается оформлением спектаклей. Мамонтовская частная опера, студия Мейерхольда, МХТ. Его знают, любят, приглашают.

В 1902-м Сапунов с друзьями совершил поездку по Италии. Античные памятники, природа, еда. И одна неприятная встреча. Уличная гадалка предсказала ему раннюю смерть от воды. Но стоило художнику вернуться в Москву, как пророчество старой итальянки померкло за ворохом творческих предложений. В частности, тогда Сапунов и получает заказ на создание панно для доходного дома на Кузнецком Мосту.

Над сюжетом долго размышлять не пришлось. Фамилия Сокол и красочные воспоминания о живописных Апеннинах трансформировались в сюжет с парящей над горной долиной благородной птицей. Плитку для исполнения задумки заказали на Бутырском заводе Саввы Мамонтова. Лаконичный сюжет пришёлся очень кстати шумной улице и, безусловно, польстил своей аллегоричностью хозяйке «доходника». Дом Сокол – с той поры именно так это здание значится во всех путеводителях.

А роковое пророчество уличной предсказательницы всё-таки сбылось. В 1912-м Николай Сапунов в обществе друзей и нескольких дам находился в Териоках (сегодняшний Зеленогорск). Однажды, когда уже начали опускаться сумерки, Сапунов стал агитировать компанию отправиться на прогулку в лодке по Финскому заливу. Первыми гребли женщины. А когда пришла пора пересменки на вёслах, одна из спутниц упала в воду, да так, что повалила за собой всех остальных и перевернула судёнышко. Выплыли все, кроме Николая Сапунова. Через несколько дней его тело прибило к берегам Кронштадта, где его и похоронили.

В начале двадцатого столетия события в России были похожи на спектакль с закрученным сюжетом. Весь мир наблюдал за революциями, экономическими потрясениями, интригами при императорском дворе, техническими, культурными, промышленными достижениями и провалами. Это происходило так ярко и самобытно, что за границей появилась мода на всё русское. В лидерах трендов были театр и балет. Публика приходила в восторг от красавиц-танцовщиц, передовых методов режиссуры и фантастических декораций. Художники-оформители тогда становятся настоящими звёздами. За самых талантливых бьются не только лучшие театры страны, но и архитекторы, мечтающие превратить свои здания в фантастические декорации. Одним из востребованных и на сцене, и в монументальном искусстве оказался Александр Головин.

Архитектура для Головина была темой близкой. Он три года проучился на архитектурном отделении Московского училища живописи, ваяния и зодчества. В итоге осознал – ему интереснее не строить, а украшать, и перевёлся в живописный класс, где его учителями были Маковский с Поленовым. В 1900-м Александр Головин создаёт Кустарный отдел Русского павильона на всемирной выставке в Париже.