Книга Галерея Москва. Шедевры знаменитых мастеров на улицах столицы, страница 41 – Виталий Калашников

Китайская ваза

Фонарики

Ну а самые внимательные и жадные до деталей смогут обнаружить над прилавками восточные металлические колокольчики, призванные своим звоном отпугивать злых духов и привлекать в дом (в нашем случае в магазин) удачу. И кажется, со своей задачей они прекрасно справляются: чаем тут торгуют уже третье столетие.

«После революции он сбежал во Францию, а потом тайно, изменив внешность, вернулся. Прокрался в свой бывший особняк в поисках спрятанных сокровищ, но был пойман и доставлен на Лубянку. Чудом ему удалось откупиться от сотрудников ВЧК и вновь уехать за границу, теперь уже навсегда». Без подобной истории не обходится ни одна экскурсия по району Новой Басманной улицы. Ярко, интригующе, будто со страниц приключенческого романа. Вот так купец Николай Дмитриевич Стахеев вошёл в московский фольклор. При этом жизнь его была не менее увлекательна, чем городские легенды, которые с ним связаны. Чего только стоит построенный им особняк как раз на Новой Басманной. Не дом, а дворец. Он и снаружи выглядит внушительно, а внутри так вообще сбивает с ног своей роскошью. Всё логично: Стахеев имел не только много денег, но и хороший вкус. Интерьеры его московской резиденции были заполнены произведениями искусства, среди которых, например, были картины Ивана Шишкина, приходившегося купцу родным дядей. После революции все ценности из дома исчезли. Но кое-что уцелело. И находятся эти предметы не за стенами особняка, а перед особняком, на улице, в открытом доступе. Вот их и будем рассматривать.

Особняк Стахеева и французский фонтан

Фонтан и металлические фигуры на фасаде. Они привлекают внимание не меньше, чем сам дом Стахеева. Старинные, таинственные и тоже с флёром легенды. Известно, что привезены они из Франции.

Николай Стахеев

Действительно, Николай Дмитриевич Стахеев был франкофилом. Культура, язык, архитектура. И казино! В игровых домах Монте-Карло его знали в лицо. Редко кто спускал там столько денег, сколько мог позволить себе проиграть московский купец. Из-за этого он едва не развёлся с женой. Та хотела в судебном порядке лишить его дееспособности и отстранить от ведения дел. Даже наняла для этого модного в ту пору адвоката Фёдора Плевако. Тот разумно отказал, заявив, что ни один суд не признает невменяемым того, кто успешно зарабатывает миллионы.

Как бы то ни было, трепетное отношение к Франции подарило Москве несколько уличных скульптур, заказанных там Стахеевым для своего особняка.

На постаменте в центре фонтана сохранилось клеймо мастерской, которое проливает свет на его родословную. Там указан адрес офиса фирмы-производителя – Париж, улица Вольтера, 58, а также её название – Валь д’Осн. Всего пара слов, а за ними скрывается огромная история.

Вообще, Осн-ле-Вал – это французская коммуна. Она-то и дала название производству, которое на её территории в 1835 году запустил Жан-Пьер-Виктор Андре. Первоначально завод выпускал трубы для пражских домов, но очень быстро стало понятно – всё большим спросом пользуются художественные изделия из чугуна. Скульптуры, фонтаны, фонари – этим начинают украшать здания, приусадебные территории, площади, скверы и парки по всей Европе. Ставка на чугунное искусство была сделана верно. Очень быстро компания выбивается в лидеры на французском рынке и завоёвывает медали на международных выставках в Мельбурне, Сантьяго, Лондоне.