Книга Галерея Москва. Шедевры знаменитых мастеров на улицах столицы, страница 44 – Виталий Калашников

Фонтаны Уоллеса во Франции так любимы и популярны, что их копии заказывали и заказывают себе на участки местные знаменитости, например Морис Шевалье и Брижит Бардо.

А что же Москва? Здесь с водой тоже не всегда и не всё было гладко. В конце XIX века развивающаяся сеть городского водопровода пополнилась Алексеевской насосной станцией. Её исторические корпуса и сегодня стоят на Новоалексеевской улице. Как раз там находится наш, местный фонтан Уоллеса. Конструкция старая и даже старинная. На сохранившихся клеймах значится 1872 год (как раз тогда в Париже торжественно и установили первый такой фонтан) и название фирмы-производителя: уже известный нам Валь д’Осн (помните фонтан Стахеева?). Ну и милая деталь – имя скульптора Лебурга. В общем, все доказательства французской принадлежности изделия. Единственное, что отличает наш фонтан от его парижских братьев, – цвет.

Парижские фонтаны выкрашены в зелёный цвет – так в своё время решила городская администрация. Во второй половине XIX века там на улицах и скамейки, и фонари, и ограждения традиционно окрашивались в сочный бутылочный оттенок. Фонтан должен был вписываться в общую колористику.

Безусловной изюминкой фонтана Уоллеса являются четыре фигуры кариатид, поддерживающие овальный купол. Стройные барышни в античных туниках моментально заслужили любовь горожан. В Париже даже появилась легенда по поводу расстояния между ними: та девушка, которая сможет просунуть голову между парой кариатид и выпить воду из фонтана, не обрызгавшись, считается обладательницей изящных пропорций.

Единственное отличие московского фонтана в том, что он не стоит на земле, а размещён в широкой чаше, которая трансформировала его из питьевого в обычный уличный.

Кариатиды фонтана Уоллеса

Сегодня Алексеевская насосная станция уже не функционирует, а вокруг её корпусов вырос современный ЖК. Фонтан Уоллеса стал его талисманом. Представители компании-застройщика в разговоре со мной пообещали: к исторической конструкции будет свободный доступ.

В 2010-м все неравнодушные к наследию прошлого с волнением следили за процессами на Никольской улице. Там разбирали дореволюционный доходный дом графа Орлова-Давыдова. Под грохот разлетающихся стен одни вспоминали известный род, сыгравший значительную роль в истории Екатерины II. Другие говорили об исторической ценности здания, ведь в нём когда-то размещалась знаменитая аптека Кёлера. А третьи возмущались: снос необходимо остановить! Ведь в интерьерах сохранилась уникальная мозаика, единственная такая в стране.

Интерьеры бывшей аптеки, теперь здесь ресторан

Аптекаря Романа Кёлера в Москве знали все. Не лично, конечно, слишком важная птица. Второй по популярности и обороту после фармацевтической империи Феррейнов. Собственно, у них когда-то он начинал свою карьеру и в итоге так преуспел, что стал главным конкурентом. Его аптеки и предприятия по производству лекарств имелись в разных районах. Одну из лавок Кёлер открыл на Никольской, прямо напротив главной аптеки Феррейнов. Можете себе представить, как долго все судачили о столкновении двух кланов. Их даже прозвали московскими Монтекки и Капулетти.

Именно Кёллер впервые в стране стал производить этиловый спирт и был пионером в производстве дубильной кислоты. Он же первым начал продавать мобильные переносные боксы с лекарствами: для крестьян, для велосипедистов, для путешествий, домашние, карманные и т. п., а его проект сельской лечебницы с амбулаторией, хирургическим кабинетом и аптекой в 1872 году был отмечен лично императором Александром II и получил на выставке золотую медаль.