Книга Чесночные баллады, страница 155 – Мо Янь

Эти слова услышал проходивший мимо небесный инспектор, который тотчас же доложил об этом Верховному владыке Нефритовому государю, тот вспылил и отправил держащего пагоду Небесного князя Ли и Третьего принца лотоса Нэчжу поменять в ночи Чжан Цзюу косточку^[106]. Ли и Нэчжа тем же днем прибыли в святилище духа-покровителя города, который устроил пир для отца и сына. Ли напился допьяна и выложил весь план о замене косточки Цзюу духу – покровителю города.

Дух-покровитель города, все еще ощущавший признательность к Чжан Цзюу, который освободил его от повинности, еще раз явился во сне к учителю.

— Учитель, ваша женушка наболтала много чепухи, ее слова разозлили Нефритового государя, он отправил Небесного князя Ли с сыном, чтобы они этой ночью в третью стражу поменяли косточки вашему достопочтенному зятю, лишили того драконьих костей и заменили их черепашьими, скорее предупредите зятя. Как бы больно ему ни было, надо держаться, стиснуть зубы и ни в коем случае нельзя кричать – тем самым ваш зять покажет себя человеком со златыми устами и яшмовыми зубами. А если закричит – ему и зубы на черепашьи поменяют. Замыслы Неба нельзя раньше времени раскрывать, намеком дайте зятю понять, что произойдет, но не рассказывайте ему все!

Дух-покровитель города многократно повторил наказ и потом унесся с попутным ветром. Учитель очнулся весь в поту, прекрасно понимая, что это не наваждение, он тотчас же сказал Цзюу, чтобы тот в ночи стиснул зубы и, какую бы боль ни испытывал, ни в коем случае не кричал. Цзюу был человеком большого ума, он все понял с полуслова. В середине ночи все его тело действительно охватила непереносимая боль, однако Цзюу помнил сказанное учителем, а потому до последнего стискивал зубы и не издал ни одного звука. Теща Цзюу все тешила себя мечтами, как она будет красоваться при императорском дворе, и учителю стоило больших усилий, чтобы не пристукнуть ее прямо на месте, да и не мог он выложить начистую все, к чему привели эти мечты. Златые уста и яшмовые зубы Цзюу все-таки оставили.

Как-то в один летний день Чжан Цзюу сидел под деревом и читал книгу, когда слишком громко расквакались лягушки в излучине. Тогда Цзюу объявил:

— Нельзя вам так кричать, будете кричать – все повернетесь к Небу животами!

Вот с тех самых пор лягушки и жабы Чжанцзяваня больше не осмеливаются квакать, а если кому-то из земноводных не терпится, открывает оно рот и только захочет квакнуть – тотчас же переворачивается животом вверх к Небу.

— В общем, знать меру сказанному – хороший совет, – с улыбкой проговорил Гао Ма. – Третий батюшка, и ведь императору тоже непросто, он не может, как мы с вами, болтать о пустяках.

— Это уж точно, – отозвался третий батюшка. – Как может шутить Сын Неба!

— А я все не осмеливаюсь верить. Представьте, что император вдруг скажет: «У лошади рога растут, у буйвола – чешуйки, петух яйца класть начнет, курица закукарекает». Неужто все это может стать явью?

— В таких делах сказанное уже сказано, услышанное уже услышано, – проговорил третий батюшка. – Император нести чепуху не будет. Если и скажет такое, то какой конь осмелится не отрастить рога? Вот тебе наглядный пример – секретарь Ван из нашей волости. Ничтожнее чинуши не бывает. А ведь ты, глядя на то, как он внушительно себя держит, просто так зубоскалить и рот разевать не будешь, так ведь?